Недавние разговоры
На освещённом жёлтыми фонарями проспекте церемонно раскланялись двое: девушка в сером пальто и высокий мужчина в старомодном сюртуке; мужчина был высоким ещё и потому, что он не стоял на земле, как девушка, а как бы висел над мостовой на расстоянии нескольких дюймов.
Спустя несколько мгновений двое уже стояли в изголовье спящего человека. Спал он крепким сном и не мог слышать тихого разговора.
- Фру Хенна, кто он?
- Он – актёр, Ганс. Только не называйте меня «фру», мне… очень забавно.
Высокий человек оживился:
– О, я когда-то тоже играл в театре! Правда, недолго. Но всю жизнь мечтал. – Он наклонился над спящим и внимательно вгляделся в его лицо. – Я вижу, он славный человек, фр… Хенна.
- Славный, Ганс. Я и мои подруги хотели бы, чтобы добрые слова наших пожеланий окружали его.
- И вы хотите?..
- Да, Ганс. Вы – сказочник, вы – мастер слова, и вы сможете сделать так, чтобы наши слова всегда были с ним.
***
Ветер, по петербургскому обычаю, дул этой ночью со всех четырёх сторон. Но на этот раз в ветре явственно ощущалось волшебство. В его порывах угадывался серый плащ; каждое брошенное слово ветер бережно подбирал и складывал в глубокий карман своего сюртука.
Ветер кружил над городом, кружил, а потом поднялся выше и полетел на запад, над заливом, над огнями городов, над морем, над спящей землёй.
В комнате, в изголовье актёра сидел высокий человек. «Актёр, да. А похож на почтальона. Или на трубочиста», - думал Сказочник, глядя на него. Вокруг него стайкой бабочек кружились искорки-слова. Порыв ветра толкнулся в окно, стукнул фрамугой и стих, спрятавшись за карниз.
- Ну вот и началась сказка, - произнёс Ганс Христиан и протянул руку к искоркам. – Что за слова принёс ему сегодня ветер?
- Всё будет хорошо, - шепнули искры.
- Будь счастлив, - шепнули искры.
- Люблю тебя, слышишь? – шепнула одна маленькая искорка, и вспыхнула алым.
- Так лети же! – сказал ей Сказочник, смеясь, и широко повёл ладонью к постели. – И вы летите! Сверкающие слова закружились над спящим, и тут же рассыпались на мельчайшие искры и впитались в ладони, в ресницы, в кожу актёра.
- Пусть под руку с тобой идёт удача, - прошептала дюжина слов, и последовала за пригласительным жестом улыбающегося Сказочника.
- Пусть Бог тебя хранит, - засияли искры. – Благословен будь.
Сказочник вдруг стал серьёзен.
- Это слова молитвы. Нет ничего сильнее молитвы…
- Ветер сорвал нас с горячих губ и принёс к нему в глубоком кармане, - отвечали искры и сделались похожими на язычки пламени.
- Так летите скорее, ибо нет жизни без страданий, - тихо сказал Сказочник.
- Да благословит тебя Господь и сохранит тебя, - блеснули искры и впитались в кожу спящего.
- Яэр Адонай панав элэйха вийэхунеха, - пропели искры, и впитались в волосы спящего.
- The Lord lift up his countenance upon thee, and give thee peace! [1] – жарко зашептали последние искры и, покружившись, рассыпались от глаз и до сердца спящего.
Сказочник встал со стула, скользнул к окну и облокотился на широкий подоконник. Из-за карниза выглянул серый ветер.
- Что ж, нам пора, - сказал Ганс ветру. Ветер задумчиво кивнул.
Ганс по-юношески легко вскочил на подоконник, спрыгнул вниз, и ветер привычно подхватил своего спутника под локоть.
В комнате вдруг открыл глаза актёр – на него повеяло ночной прохладой. Сонный, он встал и закрыл окно, не замечая, как по его рукам, по груди, по лицу, по волосам промелькнули и погасли искры. Он постоял ещё у окна, улыбаясь странному, но приятному сну: ему снились звёзды, огоньки, тающие в ладонях и тихие голоса, шепчущие ласковые слова, которых он, впрочем, разобрать так и не смог.
______________________________
[1](да благословит тебя Господь и сохранит тебя! да призрит на тебя Господь светлым лицем Своим и помилует тебя! да обратит Господь лице Свое на тебя и даст тебе мир!) Текст молитвы, на русском, иврите и английском.