[Маргарита Арми]

Джим,

Посмотрим, но Вася все же менее травмоопасно. Для вусех
 

---------- Сообщение добавлено в 00:28 ---------- Предыдущее сообщение было в 00:26 ----------

ОНИ НАМ ПОГОВОРИТЬ СЕГОДНЯ ДАДУТ ИЛИ НЕТ? МУЖИКИ БЛИН, НИ В ЧЕМ ВЕРЫ НЕТ. Я НА 20 МИН В БИБЛИОТЕКУ.

---------- Сообщение добавлено в 01:22 ---------- Предыдущее сообщение было в 00:28 ----------

Где скулит стая грозная
На мертвой земле.
Где летом морозы
По легкому мне.
Где воздух сухой и тяжелый,
Как ртуть,
Что без всяких зелий
Его не вдохнуть.
Где нет ни травинки,
Ни речки у скал!
Где мертвый давно,
Батальон прошагал.
Из гномов и эльфов,
Людей и зверей.
Что продали землю,
Родившись на ней!

Решивши, что черный придет караван,
А кто не сдадутся - погибнут от ран!
Поэтому лучше быть в стане врага,
Чтоб быть у победы, предавши слегка.
Отбросив волненье и лоно любви,
За что бы сражались, не думая уйти.

Идет молча скалясь жидов караван
За правду сражаясь, удушливых ран,
За темные силы, за гибель земли,
За то, что любили, тогда и они.

Чтоб выжечь из сердца, стереть навсегда,
Знакомую дверцу, печаль у окна,
Ведь страх их сильнее, сильнее любви,
Они перебили всех в черные дни.

Всех братьев, сестер, всю семью, что достали,
Чтоб их в батальон черной смерти забрали,
И верили свято, что так будет лучше,
Чем гибнуть в мученьях от вражеской сути!

Но где же та грань, забытья рокового,
Когда переходишь на сторону злую?
Себя убеждая, что смерть - это радость,
Когда она всем полюбившим досталась.

Не будет им пыток, в плену испытаний,
Смерти от голода, страшных изгнаний,
А стая скулит и готовиться к смерти,
Вожак еще верит в победу, поверьте.

Ведь волки - не варги, и, также, - не люди,
Они не сдадут свою веру на блюде...
И пусть перебьют их свободное племя,
Они защитят и ту гномку, и семя...

Она здесь одна, как случилось, не знают,
Но бабы с детьми и в войне выживают,
Ведь звери - не люди, они защищают,
Когда мать с ребенком в степи убивают...

Недолог был вечер и утро настало,
От стаи лишь крохи, она пострадала,
Дракон, что врагом мы считали напрасно,
Встал на дыбы, закрыв стаю опасно...

Злой караван, что так жаждал их крови,
Потери прикинув, оставил в покое,
Здесь воздух пронизан парами от ртути,
Но жизнь выживает наперекор жути.

Что гнет и ломает, стирает, взрывает,
Жжет и пронзает, и топит в реке,
Случай, он жалости много взвивает,
Объединяя душ на земле!


Любовь пытаясь удержать, как шпагу держим мы ее, один к себе за рукоять один к себе за рукоять, другой к себе за острие... - напевала Марго, закончив исписывать бумажный свиток. -Вдохновение жуткая вещ, надо бы засунуть это все подальше. Пак, врун первостатейный, он же обещал украсть этот день из моей памяти, хотя он не сказал когда, его время течет совсем иначе. - тишину в библиотеке сотрясал шепот гномки. Сегодня Домашние ходили опробовать воду на озере, на предмет начала купального сезона. Гномка очень хотела пойти с ними, но в ее сердце опять возникла пустота, она не умеет забывать она все всегда помнит, и это все начинает мучить ее в самый неподходящий момент. Когда светит солнце, а о тучах и не говорит никто. Но она обещала Двалину, что забудет, совсем на всегда, он не допустит, что бы ее что-то грызло ибо сам никогда не ноет. Почти никогда.

Нет, в тот страшный день, муж Марго не убил бы их новорожденную дочь, скорее всего. Потому что в какую среду ты ребенка поместишь, таким он и вырастет и будет считать правила этой среды совершенно нормальными. Марго лишь хотела вернуть себе любимого, она думала он одумается, в то время, она не верила что может быть иначе. - Я не верила. Родители погибли в бесконечных стычках с орками, точнее пропали, от них не было ни каких вестей.

Тогда она взяла единственную лошадь, свободную от седока и отправилась к черным горам. В ее руках был теплый сверток с ребенком, да, был огромный риск потерять все, но любовь штука непредсказуемая, она заставляет спасать, даже если почти уверен что спасать некого. Лирбург, так звали мужа, вышел к ничего не подозревающей Марго, с охраной и черным клинком. Я была вооружена лишь верой, и сопоставить выпаду было совершенно нечего. Я лишь напомнила ему, что у него есть клятва которая дана светлой стороне и что еще не все потеряно. Но в ответ последовал лишь взгляд полный яда и взмах клинка. Если бы не волчья стая обитавшая в тех краях и ненавидевшая ненасытных варгов, то все могло бы окончиться весьма плачевно. Серые псы, так нарекла их гномка, окружили ее и младенца плотным кольцом и заплатили половиной стаи за их жизни. Василий, которого сейчас так преданно любит Марго, подоспел лишь в последний момент, причем никто не знал почему он сбросил своего седока и передумал. И всю последующую жизнь крылатый друг был рядом и чувствовал ответственность за девушку. А слова Лирбурга до сих пор доносятся откуда-то из глубины: Я больше тебе ничем не обязан, ты заслуживаешь смерть как и все кто против нас. Отпрыска я может и пощажу, но она будет с нами из нее выйдет прекрасная темная королева, а может воительница. В этот момент мне хотелось размозжить его голову о придорожный камень.

Воспоминания гномки прервал ввалившийся в библиотеку слегка пьяненький Двалин.

- ООО, я вижу кто-то уже наохотился? - сказала Марго подняв бровь.
- Да, ну там наливают, а мы охотиться.
- НУ так иди пей, пожрать и попить для вас святое.
- А что ты там припрятала?
- Балладу о солдате, у меня тоже есть секреты?
- Ясно, кто-то опять ударился в воспоминания и от меня скрыл.

- ТЫ сам сказал, что не терпишь нытье, так что это только мое.

-Я, сказал не так, я сказал : что хватит циклиться, забудь! И что хватит об одном и том же, ты же тогда ни о чем, больше и говорить не могла.

- Ой, все хватит уже. Имею я право на личное пространство со своими призраками?

- Уже нет, так что выкинь выбрось забудь!
- Ты решил мне указывать, что делать?
- Хорошо или это или я?
- ТЫ совсем дурной или только прикидываешься? ТЫ войну свою забыть можешь и по ночам не покрикивать?
- Это другое!
- Да что ты говоришь, ты к тому времени был уже взрослым мужиком видавшим многое, а я... а я.... - Марго встала у слепого окна. Все таки алкоголь не всегда хорошее средство или выпил он чего не того. Кто-то почувствовал власть, опять власть и решил поставить ультиматум и обнажить сущность.

- А ты была маленькой пушистой фиалкой какой и являешься до сих пор, когда ты наконец научишься держать удар ото всех. Я же не всегда буду прядом, я не вечен. Я должен тебя подготовить, а ты все время подставляешь "мягкое тело", а не силу духа. А главное, знаешь что это все лишний выпад в обучении тебя и все равно веришь.

- Знаешь, что Двалин, если ты решил из меня солдата сделать, что бы я не верила ни кому даже тебе, то в свадьбе пожалуй нет ни какой нужды. Это все бессмысленно и я ухожу. При таком раскладе я и одна такой стану, без чьей либо помощи - желчь текла по венам гномки.

- Прости меня, - Двалин осторожно подошел к Марго.

- Ага, ты еще на колени встань для полного антуража...
- Ты мой свет, но я тебе не верю... - напела Марго. - Хотел твердую суть получите, а то видите ли я его не устраиваю и видите ли мне помнить нельзя.
- На колени было бы совершенно пафосно, но сколько можно зализывать раны? Впереди новая жизнь, мы нашлись. Я же стараюсь меньше вдаваться в воспоминания ужасов битв и так далее. А мне это тоже не легко.
- А зря, я тебя бы пожалела приняла и от своих страхов немного избавиться. Еще раз сыграешь на старых ранах или на моей открытости, будешь жить один.
- Я понял, я увидел то, что хотел. Что ты в силе, что стержень не канул в лету, что ты борец.
- Ну трындец, а на веру воспринять ни как?
- Нет, ибо я стал сомневаться, уж слишком легкой нежно и безрассудной ты стала. Пойдем, котенок со стальной шкуркой к остальным. Теперь я подожду пока ты остынешь и обещаю больше не проверять. Помни я всегда готов тебя выслушать. - Гном обнял Марго за плечи и слепо чмокнул в лоб. Они пошли к остальным.

Марго слегка улыбнулась в ее голове пробежало : "Ничего я на свадьбе отыграюсь", на душе стало тепло.