[Revelin]

И дальше, что в пост не влезло

В голове роились разные мысли – и приятные, и тягостные. Готика открыла нам счастье простой и настоящей жизни. Но заставила испытать боль – никому не казаться ровней своей супруге. Этот мир поменял нас местами. И в тот давний вечер в таверне прелестная особа за стойкой показалась мне ой не просто кухаркой – пророчески. Теперь же не известно, что лучше: родиться в королевской семье, носить громкое имя, но лишиться всего и прожить жизнь несчастным изгнанником, или же достигнуть высот и известности, постигнув сильную боевую магию своим трудом и умом. В те минуты, даже в те дни и целые месяцы мне больше всего на свете хотелось доказать всем, что мы равны. А еще правда хотелось не верить в свое предначертание, справиться, победить. Выжить: но не для царства, а ради того, чтоб навсегда остаться рядом с любимой. Исполнить долг – ради нее. Самым страшным исходом собственной жизни мне казался тот из них, что Айрэ достанется еще кому-то.

Широкая мощеная дорога сменилась простой грунтовой, а потом и вовсе узкой тропинкой. Свежий холодный воздух, казалось, имел вкус. Вдыхать его под лучами яркого солнца было сущим наслаждением. И, признаться, я даже не заметил тогда, как равнина закончилась, и я оказался на пороге предгорья. Тропка изогнулась кверху, солнце затенили кроны деревьев. А впереди слышался звук падающей воды. Водопад на горной реке – это всегда прекрасно. И очень хотелось увидеть его. Нехоженая дорожка была извилистой и сплошь испещренной корягами и корнями. Глаза смотрели лишь под ноги. Внезапно голова уткнулась во что-то очень мягкое, теплое и живое…

Отпрянув назад, я увидел перед собой форменную гору из темной шерсти. В ответ на мое появление, гора тоже зашевелилась, развернулась, и я оказался лицом к лицу с огромным троллем, но не таким, как мы видели с Айрэ во время похода, а больше, и буро-черного цвета. Он, кажется, не сразу разглядел меня. И этим нужно было воспользоваться, чтобы убежать. Тролли медлительны, неуклюжи и никогда не преследуют жертву. Но удар его лапы переломает все кости.

Мой тролль оказался на редкость проворным. Прыжок в сторону избавил от смертельно опасного удара, но когтистая лапа задела меня. Удержаться на крутом склоне не удалось, и я понял, что кубарем качусь по земле вниз. Едва все вокруг перестало мелькать перед глазами, я обернулся и поднял голову. Вопреки словам Айрэ, чудовище двигалось прямо на меня. В тот миг я понял, что буду с ним сражаться. Руки выхватили лук, стрела сама собою легла на тетиву и через мгновение вонзилась в лапу гигантского зверя. Даже попадание в грудь не было бы для него опасным, но теперь уже война объявлена, и стрелять придется до победы, либо до смерти.

Первым делом нужно было выбраться с косогора обратно на равнину. В глубине души я надеялся на то, что тролль не покинет пределов родного леса и прекратит преследование. Надежды не оправдались. Черный зверь шел за мной, причем довольно быстро. Приходилось отбегать от него, на ходу отправляя в чудище стрелу. Эти отступления и атаки длились столь долго, что изрядно утомили. Не все стрелы достигали цели, и я, признаться, сам не знал, сколько же нужно этих стрел, чтобы убить такую тварь. В висках стучало от напряжения, и кровь в жилах похолодела, когда стрел не осталось. Руки выхватили и сжали Кхелед Азгар. Но удастся ли противостоять такому чудовищу с мечом?..

Мне приходилось просто отступать. Отступать, зная, что он будет идти за мной до конца. А значит, схватка неизбежна. Глаза пытались определить слабое место на этой туше, точку удара, что если не убьет, то серьезно ранит и ослабит его. Внезапно и неожиданно плечо ощутило за собой стену. Отступать дальше было некуда. Тролль замахнулся лапой и повалил с ног. Огромные когти насквозь прорвали одежду, а может быть и кожу. Повсеместно вокруг раздались крики и громкие возгласы. Я видел, как в чудовище вонзилось несколько стрел. Монстр отвернулся от меня, раскрылся справа, и это было самое время вонзить в него свой зеркальный меч.

Вокруг царила полная неразбериха. Молодая миловидная девушка пыталась поднять меня с земли и жалобно причитала при виде проступившей крови. Тролль был мертв, но в агонии не оставил ничего от богатого добротного забора. Девицу отогнали несколько орков в форме, и стало понятно, что мы находимся у ворот города.

- Чертов придурок! Как ты посмел притащить в город тролля? Да ты хоть понимаешь, что эта тварь могла раздавить здесь половину жителей?
- В цепи его и к наместнику.

Один из орков грубо пнул меня и зажал руку железным браслетом. Второй добавил на словах:

- Как будешь у старшего, не забудь договориться, чтоб его прислали сюда отстраивать забор.

Вокруг собралась уже целая толпа, все с любопытством глазели на гигантскую черную тушу и бурно расспрашивали друг друга, кто что видел и знает. Меня же тогда не ожидало ничего хорошего. Сквозь ярость и обиду накатились усталость и боль. Ужасно хотелось пить, но разве такие почести полагаются преступникам?..

В сопровождении патруля из нескольких орков мы вошли в город. Каменные ворота находились сразу за деревянными, и они были раскрыты. Охрана расступилась, и в воротах показалась величавая важная фигура орка в очень дорогих необычных доспехах. Все жители замерли на месте и безмолвно приветствовали его. Бесспорно, это был сам Умбрак. А вслед за ним шла Айрэ.

- Что здесь произошло? Что за толпа и шум?
- Ваша милость, один сумасшедший приволок в город тролля. Но охрана справилась и сумела застрелить его.
- Застрелить тролля или того сумасшедшего? А может, обоих сразу?
- Разумеется, тролля, мой господин. Преступника будут судить и заставят устранить все разрушения.

Затихшая до того толпа вдруг зароптала. Кто-то в голос сообщил Умбраку о том, что охотник сам убил свою жертву, а охранники лишь чуть помогли. Легендарный полководец же увидел охотничий трофей гигантских размеров.

- Черный тролль. Бесстрашный и хищный. Я не знаю охотника, что убивал такого зверя. Но угроза городу – есть угроза городу. Высечь негодника плетьми и доставить ко мне. Шкуру снять и отдать лучшим кожевенникам. Давно хотел застелить приемную шкурой тролля. Но даже не мечтал о шкуре черного. Будем считать, парень, притащивший сюда это чудовище, заслуживает небольшого снисхождения. Поэтому пусть плетей будет не сорок, как обычно, а тридцать пять.

В это время Айрэ бесцеремонно схватила легендарного полководца за руку и стала что-то тихо говорить ему.

- Ах, да, моя красавица. Я почти забыл о тебе с этими происшествиями и хлопотами. Так где твой герой южного побережья?

Поймав взгляд возлюбленной, я понял, насколько же ей сейчас неловко. Но еще видел, что в глубине души она гордится мной.