Цитата:
автор оригинала Vasya Gondorsky
Не могу понять.
Во первых, одно дело Честертон, другое - отец Браун, пусть даже это и его "лирический герой". Во-вторых, речь идет о конкретном человеке, Фламбо, кажется, и как раз на знании субъективных предпочтений последнего, отец Браун и делает свой вывод. Стало быть, преступление сделал кто-то другой, с иными эстетическими критериями. А иначе отец Браун сказал бы, что не верит в то, что такое преступление вообще в принципе совершено, в силу его эстетической невозможности.
|
Нет, не Фламбо, которого патер Браун знал хорошо. А человека, которго он видел один раз в жизни и никаких субъективных предпочтений его не знал совершенно. Он занимлся чистой католической дедукцией (прошу прощения за сей термин) в его случае. На основании общих объективных законов. Если хотите, я найду этот рассказ. А патер Барун - это не лирический герой. Это ходячая категория Честертона. Это как Баламут (правильно я помню?) у Клайва Льюиса. Их же целый корпус там был, католиков, которые проповедовали через художественный текст. О лирических героях имеет смысл говорить разве в случае католика Ивлина Во.