[Entwife]

9 – REFUGE AT HELM’S DEEP (Убежище в Хельмовой Пади)

Леголас и Гимли находят на равнине Шарку, истекающего кровью и исторгающего тихий болезненный смех. Орк утверждает, что Арагорн мёртв, показывая в виде доказательства кулон Арвен. Звуки английского рожка движутся вниз и снова вверх, формируя начало темы «Братства» над до-минорными трезвучиями у низких струнных. Тема «Братства», которая до этого содержала мажорную гармонизацию для минорной темы, больше не может поддерживать этот парадокс. Арагорн сгинул. Обозревая побоище, Теоден опасается, что орки вернутся, и приказывает воинам двигаться дальше, оставив мертвых. Виолончели и контрабасы вновь движутся сквозь начальные интонации «Братства», на этот раз ещё более подавленно.

В это же время Эовин приводит женщин и детей Эдораса в Хельмову Падь. Начало темы Эовин с надеждой следует за ней к воротам и ведёт в крепость, где она обнаруживает скудные припасы, плохо организованных солдат и усталых роханских беженцев. Нарастающий оркестр замирает, ограничиваясь единственным недоверчивым "до". «Это — разочарование,— подтверждает Шор. — Это видно по её глазам. Это часть того, что делал Питер, всегда пытаясь добраться до человеческой души. В музыке я точно так же работаю с персонажами и их эмоциями». Скрипка Хардангер напевает «Роханскую фанфару» в той же самой хрупкой аранжировке, что звучала в начале исхода. Крепость, по-видимому, не очень помогла рохирримам.

Возвращается Изабель Байракдарьян, чтобы выразить словами безмолвную реакцию Эовин. Две строчки из «Потери» положены на мелодическую линию, являющуюся прообразом грядущей «Благодати Валар». Переведенные строки «... она ощущала утрату / всего, что она потеряла» выражают боль и безысходность Эовин, однакоразвивающийся мистицизм этой мелодии, похоже, намекает на то, что эта история ещё не окончена. «Изабель записала один дубль этой мелодии», — вспоминает Шор. — «Этот дубль был единственным записанным. Мы записывали «Вечернюю звезду», и сеанс продолжался несколько часов. Затем, поскольку она уходила, я сказал: «Может быть, Вы просто попробуете один раз, и мы запишем это завтра.» Она спела это лишь один раз, и на следующий день мы уже больше ничего не записывали, потому что это было так великолепно».