Ее длинные ноги впадали в высокий тяжелый зад. —
Сразу вспомнился роман Б. Пильняка «Волга впадает в Каспийское море»…
Их челюсти слились в лихорадочном взаимном перетирании. Слюна и пот. Пот и слюна. —
Фуллер забеспокоился и нервно закурил…
Не поворачиваясь, он оглянулся. —
«Однако диалектика», — удивился читатель. «Парадокс» — улыбнулся автор.
Она покраснела от смущения, но продолжала царапать его задницу. —
Потеряла пилочку для ногтей?
Елена расплакалась и отвела душу в материнские колени. —
Душа с комфортом устроилась на коленях и замурлыкала.
Она так мечтала стать его единственной, его верной, единоутробной супругой. —
Ага, браки свершаются не на небесах, а в койке и задолго до рождения!
Она уже чувствовала какое-то чувство, но до настоящей любви еще было плыть и плыть мелким шагом. —
Краткое содержание сериала «Лужа бездонной страсти – 2».
— Я люблю тебя, — произнес он, пока его тупое копье проникало во влажную путаницу пепельных завитков. —
Что ж ты, милый, держишь оружие в таком непотребном виде?
Пока она рассказывала о своих собаках, на ее коленях, как рояль в кустах, появился пудель. —
Мощные колени у неё однако…
Прогуливаясь по парку, он вдруг услышал крик женского пола. —
А шо вы хотите? Толерантность во всём!!
А эта его загорелая кожа! А это тело в гладких пластинах бицепсов, трицепсов и других мужских мышц! —
А мы ещё знаем широчайшую мышцу спины, плавно переходящую в…
С лицом человека, изборожденного глубокими и усталыми глазами, рассказывал он о своей нелегкой судьбе. —
Видимо, это был тысячеглазый Аргус.
У нее было и раньше несколько мужчин, и с каждым из них она носилась, как с писаными яйцами. —
Деловая дэвушка, — обращает внимание на главное…
Четыре месяца я не снимал штаны. Просто повода не было. —
Мужик, да ты святой! И я сейчас совсем не о сексе…
Утром, после бессонной ночи, она вышла к завтраку с двумя своими блюдцами вместо глаз. —
Да, бессонная ночь, она такая, — на утро не помнишь, где что положил…
Чейз схватил ее за руку. Что-то теплое заструилось между ними. —
Зомби начала таять…
Эми даже прижала ладонь к губам, чтобы поскорее подавить промелькнувшую мысль. —
Я говорю вам, мысль материальна!
В ней, как и в любой сельской девушке, даже под самыми модными юбками и брюками, явно проглядывалось простое деревенское начало. —
Демократия — она, кстати, женского рода.
Она превратилась в одну-единственную огромную мурашку и сказала «да». —
«Муха — 5»??
Она немного отлежала щеки, но в остальном все хорошо. - В
идимо, щёки занимали большую часть тела.
Их отношения были настолько серьезны, что вполне могли в любой момент закончиться маршем Левинсона. —
Мендельсон (в девичестве Левинсон) всегда думал, что его маршем всё начинается…
Его язык, ворвавшийся в её рот, неистово делал то, к чему стремилась другая часть его тела. —
Хорошо, что все части тела были согласованы между собой.
Она только тихо постанывала, дыша ртом сквозь щелку между губами. —
Краткая инструкция по спасению утопающих.
Доехав до какого-то парка, они два часа играли на поляне, покрытой холодным белым веществом. —
Это был снег или то, что я думаю??
Его мысли ворочались в его голове, соединяясь в звенья и разъединяясь, как трусы в сушилке без антистатика. —
Я уже говорила, что мысль материальна? Зря!
Приложив ее голову к своей груди, Коул обнял ее. От него пахло мужчиной. Он принялся ее целовать. А целовать было много — она вся! —
Да тут работы — непочатый край!
Ее курносый нос плавно переходил в лебединую шею. —
Фигассе подтяжку сделала!
Мужские пальцы гладили ее голую кожу. Схватив его за запястье, Эми оторвала его руку... -
Фуллер подавился сигаретой…
Джейк встал на колени, стягивая с нее джинсы и открыв ей вид на залив. —
Чем же так залило?
Слезы струились у нее по щекам, а глаза пылали гневом. Лаура решительно стряхнула их с лица. —
Фуллер, держись!!
От его мужского запаха у нее поджались пальцы на ногах. —
Мужик, ну мойся хоть иногда, у дамы уже паралич!
Когда она вернулась обратно, он по-прежнему сидел вокруг столба. —
Йог??
Он наблюдал, как у нее в голове вращаются шарики, и решил помочь. —
Да, чувства киборга понять непросто…
Когда она говорила, ее губы изгибались тысячью всевозможными способами. —
Джим Кэрри научил? Или Саша Рева?
Какая жалость, эх, ну какая жалость, что она не успела вовремя вернуться домой и вздрючить колготки! —
Это какой-то таинственный ритуал, тут моя извращённая фантазия пасует…
В глазах его пылал такой огонь, что она похолодела. Ее плоть раскрылась и сомкнулась вокруг него, словно это был секретный проект. —
Это тоже какой-то сюр с элементами фуллеризма…
Одним мощным толчком он вошел в нее, и она застонала, восхищенная его точностью. —
Молодец, не промахнулся!
Всего за два дня она влюбилась в него с первого взгляда. —
Шустрая Тортилла однако!
Разодрав глаза, Мэри обнаружила, что лежит, обмотавшись вокруг Райта. —
Логично, если перед этим как следует разодрать глаза.
Две родинки возле правого девичьего виска весело прыгнули в сторону! —
Остальное тело тоже жило своей жизнью.
Ее фигура была самой обычной, женской: по бокам два выпуклых бугра, а в середине вогнутый. —
Здесь язык бессилен, только визуализация: