[Krakodil]

Сообщение от Ursa Maior

И, как будто всего этого мало, на его глазах свершается казнь отца. Он стоит в сторонке, молчаливый, так и не проронивший не слова, не уронивший ни слезинки, но это не равнодушие, не холодность, не чёрствость.

Так вот тут я его не понимаю. Вернее, не понимаю его молчания еще раньше. Еще во время сцены в тронном зале, когда приводят Эола и т.д. Вот когда Эол обращается к нему: "Your father commands you. Leave the house of his enemies and the slayers of his kin, or be accursed!"
"Твой отец приказывает тебе. Оставь дом его врагов и убийц его родичей или будь проклят!"
И Маэглин на это молчит.

И я его не понимаю. Ну ладно, каждый судит по себе. Мне бы кто так заявил, я бы в ответ пыхнула (жаром или холодом - то по обстоятельствам) немедленно: не смей мне командовать и ставить условия. Будь ты мне хоть кто, хоть как ты ко мне относись, а я к тебе, но на такие вещи один ответ: ПНХ. Никому права мной командовать я не давала и не дам никогда (спец. примечание для особо понятливых: естественное исключение для случаев, прямо оговоренных законами государства, гражданкой коего я являюсь). Сама никому так не делаю и другим по отношению к себе не позволю. Так что плевала я на твое проклятие, подавись им. Ладно, Маэглин не я, но почему он вообще никак не реагирует?! К тому же автор обычно имеет обыкновение сообщать нам о побуждениях персонажей, но здесь и автора охватывает молчание.

Маэглин уже давно взрослый и совершеннолетний. Он что, папе должен беспрекословно подчиняться до седых волос, что ли (если бы у эльфов они были)?! Тут поставим еще одну галочку, потом надо будет вернуться. Почему Маэглин молчит?! Если он решил остаться в Гондолине (а он это таки решил), что мешает ему прямо об этом сказать в той или иной форме. Если он когда-то хорошо относился к отцу, то после заяв в стиле "будь таким, как я хочу, не то я тебя закую" (блин, вспомнила себя в сопливом детстве: кто-то из предков (убей бог сейчас не вспомню, кто именно, очень давно дело было, лет в пять где-то) мне сказал, типа, об этом даже не думай. Ага, щас! Чадо ответило: думать я буду то, что захочу. А вы говорите...) - вряд ли это единственный случай был - так после этого хорошее отношение должно было сдохнуть на корню.
Ладно, даже со сдохшим хорошим отношением Маэглин мог бы как-то мирным путем объяснить свою позицию. Не в тронном зале перед всем честным народом, а после, в более приватной обстановке. Но после того, как отец хотел его убить фактически только за то, что Маэглин не такой, каким Эол его хочет видеть, желание общаться должно пропасть надолго. Во всяком случае, к следующему дню точно не восстановиться. Особенно с учетом смерти Аредель.

Опять же, даже при всех привходящих это никак не означает, что, услышав приговор Эолу, Маэглин стал бы прыгать на одной ножке от радости. Смерть - это все-таки серьезно. Вряд ли также, что Маэглин бы подумал, что-де все хоть и сурово, но справедливо, и тем восстановил бы в душе равновесие. Все равно внутри всё должно было быть не на своих местах. Но зачем он присутствовал при казни?! Вряд ли его кто-то заставлял прийти на зрелище. Зачем?

Ну и да, я опять о своем: но скажите же мне, как это возможно, чтобы у Эола оставалось при себе какое-то оружие?! Закрытый и тщательно охраняемый город, суровая стража прекрасно выполняет свои обязанности - как так могло получиться, что Эол протащил в тронный зал пред королевские очи хоть что-то недозволенное?! Да его при поимке должны были обыскать до самой изнанки!
Но факт есть факт, Аредель же умерла. Что ж такого и в каком месте Эол при себе имел?!