|
Забанен
Регистрация: 05.09.2013
Адрес: деревня, тетка...
Сообщений: 30,638
Лайки: 0
|
Еще далее:
- возникает вопрос: почему Келегорм и/или Куруфин не известили Тургона о пребывании у них Аредель? Они же прекрасно были с ней знакомы еще в Амане и знали, кто она такая, и она тайны из пребывания у них в общем не делала. Ответ на это таков: Гондолин был закрытым городом. Конечно, самих сыновей Феанора туда бы пустили, безусловно, но таскаться через такие гиблые места за столько верст до небес и все лесом только ради того, чтобы известить, феаноринги сочли нецелесообразным. К тому же Аредель рассказала Куруфину, а позже Келегорму (которого она больше любила) о том, что к ним она свернула исключительно самовольно и рада жить у них и чувствовать себя свободной. Так что они полагали, что как только Тургон услышит о местонахождении Аредель, он тут же затребует от нее вернуться обратно. А этого никому не хотелось. В общем, пока феаноринги тянули с этим вопросом, Аредель потерялась опять, и вопрос отпал сам собой;
- прошло довольно много времени, прежде чем они узнали и сообразили, что с ней сталось. Потом, конечно, они ее видели, когда она выезжала к опушке Нан Элмота, потому что границы этого леса тоже держали под наблюдением. Но теперь они решили, что слишком поздно уже Тургона извещать, тем более, что после такой опасной дороги они не получат ничего, кроме его недовольства или вовсе гнева, а они Тургона злить не хотели, потому что начали уже подготовку к войне, "прежде чем силы Тангородрима стали непреодолимы".
Ну!! Что и требовалось доказать!! О чем Медведица в трактате и писала!! Браголлах была не внезапным вражеским нападением, а упреждающим ударом!! Ну елки же палки!!
- Эола приговорили, особо ужасаясь тому, что он использовал отравленное оружие, "ибо элдар никогда не использовали никакого яда, ни даже против жестокого врага, зверя, орка или человека; и они были полны стыда и ужаса оттого, что Эол замышлял такое злое дело".
Дальше технические детали, которые нам интересны не есть, и это всё, что я имела сказать по этому делу.
И да, особое примечание, с чего я так восхищаюсь Куруфином - с одной мелкой детали: упоминание, что его люди "никогда не предали бы его". Ясно, что такая преданность не может быть на пустом месте.
|