|
Зарегистрированный пользователь
Регистрация: 23.01.2012
Адрес: Rivendell
Сообщений: 914
Лайки: 154
|
Мамардашвили пишет: "Сознание – это прежде всего сознание иного. Но не в том смысле, что мы сознаем, видим другой предмет, а в том смысле, что человек отстранен от привычного ему, обыденного мира, в котором он находится. В этот момент человек смотрит на него как бы глазами другого мира, и он начинает казаться ему непривычным, не само собой разумеющимся. Как белке, которая соскочила бы с известного колеса и со стороны вдруг посмотрела бы на это колесо. Это и есть сознание как свидетельство. То есть, я подчеркиваю, во-первых, что есть сознание и, во-вторых, что термин «сознание» в принципе означает какую-то связь или соотнесенность человека с иной реальностью поверх или через голову окружающей реальности. Назовем это условно обостренным чувством сознания. Оно связано в то же время с какой-то иномирной ностальгией.
<...>
Следовательно, проблема человеческой судьбы, человеческого предназначения начинает выступать при этом для человека, в душу которого запал осколок такого зеркала сознания, как задача нового рождения в реальном мире, хотя он является своеобразным гостем мира нереального, иного."
Да, тысячу раз да. Сколько себя помню, всегда была склонна к "иномирной ностальгии". Причем у него ты гость мира другого, жить-то тебе все равно здесь, а "туда" заглядываешь "в гости". У меня же ощущение, что тот мир - мой всамделишный и настоящий, а этот - ну, случайно занесло, никто не спрашивал, приговоренность некая. И чувство, что основательно стерли память перед прибытием сюда. Адаптировали, так сказать, к местным условиям. И что бы ни говорил, косноязычен, поскольку подлинный язык, где слово соответствует живому значению, утрачен вместе с памятью. Сквозь завесу амнезии, тем не менее, мимолетные вспышки воспоминаний (привет, Платон).
"Поверх или через голову окружающей действительности", пишет он. Да, конечно. Но это не возникает спонтанно и само по себе, скорее сие результат долгого всматривания-вчувствования. В детстве бывало это волшебное мистическое чувство, когда каждое явление открывало бесконечные дороги. Смотришь, скажем, на бирюзовую маленькую стрекозу - и видишь в ней посланца иных миров. Крылья эти фюзеляжные. Аэродинамические свойства. Общая непостижимость. Твой взгляд, которого она не замечает. Трава, вдруг становящаяся при изменении фокуса взгляда лесом. Цветы вишни, осыпающиеся печалью иных миров. Плавность и мягкость лепестков, как они вообще возможны. Снег в свете фонарей, искрящийся ярко-голубым, сиреневым, серебряным. Кто делает все это видимым? И бесконечность, данная в ощущениях, даже в том, что комбинаторика элементов реальности пластична, гибка, ментальные путешествия безграничны (из платяного шкафа в Нарнию - отнюдь не метафора). И скован, скован трехмерностью, физическими и химическими законами: пока еще не можешь сочетать эти элементы всего лишь движением мысли, мгновенно телепортироваться или переводить эту синтезированную ментальную динамику на физический план. Таковы здешние законы, имеющие некоторые ограничения, потому и "поверх". Но я точно знаю о мирах становления, возможности и длящейся незавершенности - для сознания действительно нет преград. Т.е. оно - вообще единственная возможная всеохватная реальность: остальные - производные.
|