[Старый Тук]

Иной кадет не виноват в том, что он - кадет.

Кадет Биглер вытащил записную книжку и карандаш и голосом,
выражавшим необычайное усердие и заинтересованность, произнес:
"Я готов, господин капитан".
Все взглянули на этого глупца, усердие которого в школе
вольноопределяющихся граничило с идиотизмом. Он добровольно
пошел на войну и при первом удобном случае, когда начальник
школы вольноопределяющихся знакомился с семейным положением
своих учеников, объявил, что его предки писались в прошлом
"Бюглер фон Лейтгольд" и что на их гербе было изображено крыло
аиста с рыбьим хвостом. С этого времени кадета прозвали "крыло аиста с рыбьим хвостом".
Биглера сразу невзлюбили и жестоко над ним
издевались, тем более что герб совсем не соответствовал
солидной фирме его отца, торговавшего заячьими и кроличьими
шкурками. Не помогало и то, что этот романтический энтузиаст
честно и усердно стремился поглотить всю военную науку,
отличался прилежанием и знал не только то, чему его учили. Чем
дальше, тем больше он забивал себе голову изучением трудов по
военному искусству и истории войн. Он всегда заводил разговор
на эти темы, пока его не обрывали и не ставили на свое место. В
кругу офицеров он считал себя равным высшим чинам.
-- Sie, Kadett! / Вы, кадет! (нем.)/ -- сказал капитан
Сагнер.-- Покуда я не разрешу вам говорить, извольте молчать.
Вас не спрашивают. Нечего сказать, умный солдат! Я сообщаю
совершенно секретную информацию, а вы записываете в записную
книжку. В случае ее потери вас ждет военно-полевой суд!
Помимо всего прочего, у кадета Биглера была скверная
привычка оправдываться: он старался убедить каждого, что у него
только благие намерения.