Просмотр отдельного сообщения
Старый 08.11.2016, 22:10   #5354
Nimgilhari
Идущая по грани
 
Аватар для Nimgilhari
 
Регистрация: 17.08.2013
Сообщений: 4,600
Лайки: 23
*глубокий вдох*
Эх, ладно, была не была, раз обещала...
Не факт, что не потру....
 

Кусочек "Сказок Зеленолесья"
"Призраки прошлого"

«Летописи Дориата». Нимгиль отложила книгу и поднялась. Хмурясь, скрестив руки, встала возле камина, глядя на огонь, словно языки пламени откроют ей всю правду. Противоречия... Прочитанные строки порождали видения, порой просто не совпадавшие с её личными грёзами, с тем, что было узнано от Морвен и Трандуила, мешая должному восприятию. Дар позволял проникать взором не только в будущее, но и прошлое, и уже не раз записанное в анналах истории Запада поражало Леди своим несоответствием с видевшимся ей, возникало множество вопросов, и требовалось время, чтобы понять, как случилось на самом деле. Почему так?
Страницы книги полны боли и печали о былой трагедии. Смерть Владыки Тингола, скорбь Мелиан. Последующие трагические события. Описания битв и гибели Ограждённого Королевства. Гномы и сыновья Феанора были представлены как захватчики и разорители. Усмехнулась: автор большинства текстов до мозга костей синда! Понятно почему Трандуил ( хотя в те дни был ещё мал), воспитанный отцом синдой, питает к нолдор и наугрим глубокую неприязнь, почти ненависть. Воспоминания ребёнка бывают наиболее яркими и сильней отпечатываются в памяти.
Кто виноват в распри? Гномы соблазнились Камнем Феанора, но владыке Тинголу, зная нрав подгорного народа, даже если он и распознал их истинные желания, не следовало быть столь надменным и заносчивым, наоборот, проявить мудрость и прозорливость, приличествующею правителю такого уровня... К сожалению, бывает, иные властьимущие до такой степени уверяются в непоколебимости своей власти, что и мысли не допускают, что кто-либо осмелится возроптать против них или нанести серьёзный ущерб их могуществу... Даже наставления мудрой майа ( Леди было снова усмехнулась... впрочем, тут нужно думать, кто знает, чем на самом деле руководствовалась Мелиан!) не возымели должного результата... А среди своих два выживших гнома представили всё так, будто король отказался платить за работу, умолчав при этом о собственной корысти. Обоюдная жадность сыграла свою жестокую роль... Рок Сильмарилла. Рок Дориата... Что ещё могла принести с собой частица Не - Тьмы Деревьев, взятая из Пустоты (пускай и объединёнными силами Могуществ)! ... И то, что случилось здесь, в Эрин Ласгален, как отражение истории с Наугломиром... Некая параллель... Или... продолжение.
Ожерелье с кровью Алафель ...Умирая, та успела проклясть его. Отпечаток смерти, насильственного, а значит, неестественного, тяжёлого расставания, разрыва души с телом. И именно из - за этого его не хотела носить Айонель. Плюс впитанное позже Камнями в Одинокой Горе... Но если первое стало возможно нейтрализовать, то второе...
В чём проклятие Горы? И дело не только в драконе... Не - свет... Как это похоже на Сильмарилл... Как утверждает легенда: Сильмариллы неуничтожимы; мог ли один из них, канувший вместе с Маэдросом, пройти сквозь земную твердь и подняться ... Но эльфы свободно переносили сияние Камней Феанора... Или нет? ...А если Сильмариллы как раз затуманивали разум? ... Это неистовое желание обладать ими! Тингол, Диор, Эльвинг (да может и сами Феанорины)... даже угроза гибели страны и подданных не могли заставить их расстаться с сокровищем. Они искреннее считали, что там заключена частица истинного света, благословлённого Элентари, несущего благо, что обязаны сберечь его любой ценой, несмотря ни на что. Но принесшего смерть и разорение...
И если так. Если это Сильмарилл ... так действующий на эльфов (не говоря уже о людях и гномах!). Если Камни Ласгалена, как и Аркенстон, несли на себе его отблеск- это вполне может объяснить безумие Торина Дубощита и влияние на Трандуила (вкупе с противостоянием Ожерелья со Знаком)...
Леди мучительно потёрла лоб и виски. И всё же что-то не то. Не то... Что-то ... смущает...
В конце концов, это лишь предположение. Чёткого ответа нет.
Мысли вернулись к летописям. Дориату. С гномами понятно... А Феанорионы с их Клятвой... И тут нельзя судить однозначно...
Когда Ограждённое Королевство пало, большинство выживших ушло в Гавани. Другие сразу двинулись к восходу...
Как-то очень скупо упоминалось о скитаниях горстки синдар до того как они пришли в этот Лес, и лишь мимолётно об Айонель. А ведь именно дочь Айонара привела их сюда!
Перед глазами вновь всплыло короткое видение, открывшееся ей при контакте со Знаком: Айонель, зачарованно слушающая пришедшего к ним в Лес из неизведанной дали менестреля по имени Даэрон и задумчиво смотрящая на заколку в виде клинового листа с росной каплей, скрепляющую отцовский плащ... Оставалось загадкой, как лесная эльфийка преодолела такие пространства, полные опасностей, добиралась до Белерианда... Вряд ли в одиночку... И сколько лет ушло на путь! Знак, не обошлось без него? Может об этом есть другие записи? Надо будет поискать.
История Запада влекла неудержимо, особенно история нолдор, возникала потребность сравнивать с тем, что уже было известно. Немало времени Нимгиль провела в разговорах с Артанис, но хотелось знать взгляды на события, как нолдор, так и синдар, и сделать собственные выводы. Только тревожить вопросами Трандуила пока не стоило - Король слишком занят - до прихода зимы оставалось совсем немного времени, подготовка требовала его непосредственного участия и контроля. Возможно, позже, долгими зимними вечерами они станут коротать время за беседой, сидя в кресле перед пылающим камином, потягивая вино или травяной чай. Вот тогда-то она и отведёт душу! Но нужно соблюдать осторожность, даже если он принял Знак, к остальному не готов. И о событиях судит сквозь призму синдарского воспитания. С другими синдарами Леса, участниками и очевидцами тех событий, она пока не сошлась столь близко, чтобы приставать с расспросами.
Правда, оставалась ещё Морвен, лишь немного приоткрывшая ей завесу прошлого... И всё- равно придётся ждать подходящего случая. К тому же, из прошлых разговоров Леди заметила, что бывшая дориатка весьма неохотно вспоминала тот период - слишком много боли! Гибель родных, несостоявшаяся надежда на любовь. Бедная Морвен, её чувства к Ороферу побудили отправиться следом за ним на восток, но каково ей было наблюдать его счастье с другой, и потом, видя его страдание после утраты жены, не мочь стать утешением. Как она справилась с собой? Как сумела не дать разгореться сердцу? Нимгиль знала по себе: ответ один- разум возобладал. Какой смысл позволить чувству окрепнуть и развиться, если его не разделят... Леди видела в ней печаль, тень от неосуществившихся чувств, нежно хранимую грустным (но не всепоглощающим!) воспоминанием. Нечто похожее наблюдала она в Леголасе и Туиллин. Значит, и такое возможно! Наверное, это понимание того, что испытываемые чувства не есть - любовь истинная, а истинная ждёт впереди... если ждёт. Только в этом случае возможно гасить чувства разумом, но если поддаться им, любовь неразделённая может навеки объять душу тоской, обречь на одиночество. И примеров тому - множество. Нимгиль, отринувщая в своё время любовь и одевшая сердце в непроницаемый панцирь, по сути ничего не знала о ней, а теперь, возродив, по- новому открывала для себя нюансы, которые раньше, если и замечала в отношениях других, то не задумывалась - ей просто не было до этого дела. Всегда есть что-то новое, чему учишься. У любви свои тайны. Учителя, Эленьвэ с Форвё, Владыка Ильвё - те, кого она действительно любила, кто был эти века по-настоящему близок и бесконечно дорог ей - её семьёй, (да ещё Глорфиндейлу с Артанис) дозволилось проникнуть за возведённую броню. Нет, сердце её не было чёрствым или равнодушным, просто она запретила себе саму мысль о любви-любви, подразумевающую наличие супруга. Что явилось спасением. Помогло сосредоточиться на столь важных вещах: изучении своего Дара, понимании Долга, Пути! Редбор (несмотря на её протест и непоколебимую уверенность в обратном) предупреждал: это время всё - равно наступит. О том же говорил и Владыка Ильвё перед самым отъездом. И оно наступило. Её упрямство, несмотря на все доводы, проиграло; Судьба взяла свое - она здесь, с объятой пламенем любви, душой.
Леди провела по обручальному кольцу на пальце.
После Праздника дни потекли медленнее. Всё успокаивалось, возвращаясь к привычному для лесных эльфов укладу жизни. В самом Дворце и за его пределами обсуждали только две новости: уход эльдар За Море и помолвку Короля. Причём последнее преобладало.
Как и ожидала Нимгиль, отношение эльфов к ней несколько изменилось. В ней видели будущую Королеву - и это напрягало, пусть не лишая привычной свободы в передвижениях, но мешая былой манере и легкости общения там, где отношения уже более- менее устоялись. И она всё ещё оставалась появившейся неведомо откуда чужачкой. В коридорах Дворца и на лесных тропинках ей учтиво кланялись, и раньше- то редко кто решался обратиться первым или завести разговор, теперь стало ещё сложнее. Лесные эльфы столь же недоверчивы, как и Невозжелавшие. Всё же находились более- менее открытые и весёлые души, кто проще шёл на контакт, что в какой- то степени облегчало задачу.
Новоприбывшие проявляли осторожность, присматривались, изучая, - это вполне естественно, и Леди решила набраться терпения, сама стремясь узнать больше о потенциальных подданных. Но вопрос о короне, если для других был очевидным, для неё оставался открытым.
Нимгиль наблюдала и думала: к кому ближе обитатели Эрин Лагален? Согласно древним писаниям лесные эльфы бывшего Лихолесья и Лориена по своему происхождению относятся к нандорам.
Получается, отказ продолжать путь на запад означал их возвращение в клан авари?
И всё же они сохранили право уходить За Море, от которого отказались её сородичи. Таварвайт (но не истинные авари!), считаясь дикарями, не обладали знаниями и мудростью нолдор и синдар, пока беженцы из Белерианда не принесли их с собой. Знание было дано и тем, и другим. Полученные в Амане, нолдор передали знания синдарам, и уже через тех и других они попали к лесным эльфам. Конечно, у эльфов Куивиэнен тоже были учителя, вернее Учитель (Высокий немало открыл им!), и всё же во многом они пришли к Знанию сами! А многое знали иначе, чем Ушедшие - и в том главное отличие Невозжелавших от последовавших за Валой Ороме.
Разделение квенди не могло не отразиться и на языке. Леди хорошо помнит, как нелегко им с сестрой пришлось в этом плане в свой первый приход на запад. Казалось бы, древний квенья (на котором до сих пор говорит Народ Вод Пробуждения) не должен быть полностью утрачен Отставшими (теми, кто так и не перешёл Мглистые Горы), но язык нандор изначально родственен синдарину! Само собой, из-за долгого отдельного существования, диалект лесных эльфов изменился почти до неузнаваемости. Придя сначала в Золотой Лес, сёстры - авари впервые узнали как сложилась судьба Ушедших. Многие жители Лориена принадлежали к роду синдар, были среди них и нандор, говорившие на синдарине. Но лориенский диалект лесных эльфов несколько отличается даже от синдарина Белерианда. А примерно к концу Третьей Эпохи лориенское наречие (и, вернувшись, она заметила это) почти вытеснило синдарин; как и квенья, пришельцы из Белерианда помнили, но не говорили на нём. «То же самое ты обнаружишь в Зеленолесье»- просвещала Артанис, поведавшая сии подробности, благодаря которой лесное наречие и изучалось.
Понятно, что времени было недостаточно, и, несмотря на все приложенные старания, уже здесь, в Королевстве Трандуила, аварэ даже сейчас порой сталкивалась с незнакомым произношением слов.
Знание языка является необходимостью. Она ищет следы прошлого, чтобы из него протянуть нити в настоящее и... лучше понимать видения грядущего. Этот древний Лес ближе всего к Северу, и она надеялась, что среди жителей Эрин Ласгален сможет найти тех, кто жил тут ещё до времён Войны Гнева, и получить от них какую- нибудь информацию, полезную для её поисков. Должна же сохраниться, хоть какая- та память о Странниках, приходивших в Лес. Слепой менестрель Дайолен тому пример (оставалось надеяться, что не единственный). Но нужно соблюдать осторожность, беря в расчёт воззрения и менталитет, закрепившийся под могучим влиянием белериандской культуры... Да-а, насколько смело и рискованно с её стороны было проводить ритуал с использованием сил Тьмы! ... Но ведь и выхода не было!
То, что нандор не желали принимать участие в делах нолдор и синдар, а также иных жителей Средиземья, Нимгиль выяснили ещё вместе с Эленвен. Однако же лесные эльфы Ясного Бора и Лориэна отважно сражались в войне с Сауроном в конце Второй Эпохи. Как и в той, так и в последних битвах Войны Кольца таварвайт понесли невосполнимые потери, и ныне зеленолесцев очень мало, а галадрим отправились на Запад вместе со своей правительницей; лишь немногие остались с Келеборном. Некоторые пришли сюда.
Леди знала, что Владыки Лориэна уже достигли Гаваней, и ждала последнего осаньвэ Артанис, но не могла спокойно сидеть на месте.
Праздность тяготила. Спасало умение находить интересное во всём, даже, казалось бы, в незначительных, обыденных вещах. Желая быть полезной, Нимгиль приходила к Морвен и вместе с ней участвовала в делах (попутно совершенствуясь в лесном наречии). Сначала управительница не очень одобряла подобную активность, но потом, поняв, что с Нимгиль спорить бесполезно, смирилась. « Хоть мне и не по душе, что будущая Владычица тянется к работе простых эллет, но, похоже, это хорошо послужит для вашего утверждения. Ваша сила и магические способности настораживают многих, нужно время, чтобы к вам привыкли и узнали с другой стороны». Леди про себя криво усмехнулась: не шарахаются, и на том спасибо.
Сегодняшний день аварэ провела во врачебных палатах, перебирая травы и готовя снадобья наравне с помощницами Форласа. Несмотря на мирное время, их запас всегда должен быть достаточным. Кое - что использовалось в торговле с людьми. Целитель был немного удивлён её визитом, но встретил сияющей улыбкой и поклоном. Нимгиль порадовалась, что сейчас лекарские пустовали, а ведь какой-то месяц назад здесь она изо всех сил боролась за жизнь пострадавших от нападения Твари. На короткий миг от воспоминаний на мысли легла тень. Леди тут же отогнала их прочь, не желая омрачать царившие ныне покой и умиротворение.
Нимгиль изучала лечебные растения Зеленолесья, рассказывала о тех, что растут в её родном краю. С Форласом они сравнивали их свойства, даже спорили, какие лучше. К лекаркам, что уже знали её по прошлой работе, прибавились новые. Они, конечно же, рассказали подругам, как она лечила раненых. Получилось как всегда, где впервые появлялась Леди: настороженность сменялась любопытством, потом все более- менее расслаблялись, и общение потихоньку налаживалось. Нимгиль была только рада, что научилась преодолевать этот барьер, тщательно подбирая нужные слова, ненавязчиво располагая к себе. Искренний интерес к делу тоже сыграл свою роль.
Травницы Форласа изготовляли не только лекарства; душистые и тонкие ароматы различных втираний, мазей и благовоний для ухода за телом наполняли воздух. И Нимгиль не устояла перед особенно понравившимся ей продуктом здешних мастериц. Эту вытяжку здорово будет втереть в кожу после купания. Зажав в руке заветный пузырёк и тепло распрощавшись с целителями, Леди покинула палаты врачевания.
Часть Дворца, в которой велась перестройка, приходилось далеко обходить. Путь её пролегал через Тронный Зал, где в это время Владыка выслушивал доклады командиров стражей, советников и Гелиона. Нимгиль припомнилось, как утром Морвен жаловалась ей на его причитания , мол, пиры, подобные нынешнему, разорят Лесное Королевство или из-за большего количества зимующих может не хватить припасов до весны. «Впрочем, он говорит это после каждого пира»,- добавила в конце благородная синдэ. Наблюдая за двумя управителями, Нимгиль только диву давалась, как они смогли уживаться и заниматься одним и тем же делом в течение уже многих веков, обеспечивая и поддерживая слаженную и четкую жизнь обитателей Дворца. И каждый в этом гигантском муравейнике занимал свое место, в соответствии со своими знаниями и умениями, там, где мог принести наибольшую пользу.


 

Последний раз редактировалось Nimgilhari; 09.11.2016 в 19:01.
Nimgilhari вне форума   Ответить с цитированием
Nimgilhari получил(а) за это сообщение 2 лайков от: