|
Вывести Берена из игры было бы спесением для целого мира. И не обязательно пачкать об этого недодеока меч, веревку или утюг.
Лучшие боевые кони - существа агрессивные и преданные одному хозяину. Предложить жениху подойти к указанному коню, предварительно сказав своей лошадке "Ха-ах!". Или "Немец!", как это делал порученец Доватора. И будущий Владетель Сильмарилла превращен в в отбивную.
Пнуть сторонку беренов сапог и сделать собаке жест "охраняй!". Голова тинголова зятька набита всем, чем угодно, кроме ума. А хвастовства - на три гламурных журнала. Ну и: Берен к сапогу - собака холодно так глянет, и губы втянутся. Берен - "Пошла прочь!"; собака "ахрр!". Берен замахивается... Правда, у него может хватить соображения упасть на пол и не дергаться. Тогда пес будет стоять над ним, пока проводник с поста не снимет. И женишок истечет кровью из перекушенных запястий. Никто не виноват, не нарушай правил техники безопасности!
Но тут есть психологическая проблема. Надо для такой диверсии переступить через что-то важное. Ведь строгое исполнение приказов означает признание высокого авторитета командира. Если кто-то собирается сделать нечто против приказа - он внутренне сомневается в командирской компетенции.
Правда, сколько раз было, когда командира закрывали собой от пули. Тут система такая: командир - лучший воин. Спасти командира значит хоть в эпизоде оказаться еще лучшим воином. Это высокая честь и большая заслуга.
Но прирезать или запереть у отдаленном подвале Нарготронда Берена лхначало бы нарушить законы гостеприимства. На нарушение моральных законов и обычаев вообще мало кто способен.
Не помню кто написал в воспоминаниях: нацисты у себя иногда проверяли арестованных на принадлежность к компартии простым способом - требовали обругать Сталина. Некоторые не могли этого сделать. Видно, в детском фольклоре Германии нет замечательного заклинания "тьфу три раза - не моя зараза!".
Вот наверное и нолдор были морально сродни тем юнгштурмовцам.
|