«Если бы в эдвардианский период существовал журнал “ОК!”, она была бы на обложке каждую неделю», — именно так сказал Ричард о женщине, которой был посвящён следующий фильм с его участием. Картина стала частью Эдвардианского сезона BBC4 и рассказывала о Матильде Элис Виктории Вуд, известной под псевдонимом Мари Ллойд, её музыкальной карьере и сопутствующей этому веренице романов, о том, почему и то и другое часто шокировало высший свет и делало Мари любимицей прессы того времени.
Современный зритель вряд ли нашёл бы в её манере исполнения что-то, бросающее вызов нормам морали. Но в то время в Викторианской Англии на рубеже ХХ века блиставшая на сцене мюзик-холлов Мари привлекла к себе самое пристальное внимание комитетов по бдительности, но при этом чрезвычайно полюбилась зрителям и стала одной из самых известных английских эстрадных певиц. Большое видится на расстоянии — именно так можно сказать о значимости вклада Мари в искусство и в положение женщин, которые решали тогда посветить себя сцене. Именно это впоследствии подчеркивал Ричард, говоря о наследии Мари, в интервью, посвящённых фильму:
«До того, как Мари Ллойд помогла переломить ситуацию, любая женщина на сцене ассоциировалась с проституцией, и за данность принималось, что эти женщины могут вас развлечь больше, чем одним способом. Мари Ллойд приняла эту концепцию и действительно использовала её в свою пользу, но так, что это было чем-то вроде щекотки, но без обещания чего-то большего. Это было чистое развлечение. Она проложила путь для каждой женщины-исполнительницы, когда в дальнейшем, любая другая могла быть женщиной на сцене и владеть своей сексуальностью без преподнесения её для продажи».
Личная жизнь Мари протекала не менее ярко и вызывала такую же бурную реакцию публики, как и её сценическое исполнение. Мари была замужем три раза, Ричард сыграл первого из её мужей — Перси Кортни. О самом Перси сохранилось не так много сведений, что, по словам Ричарда, давало в некоторой степени чуть большую свободу действий сценаристам и ему самому:
«Я действительно принял то, что они преподнесли, и развил это с помощью воображения, — это такой нахальный способ сказать, что я вёл здесь свою линию».
Сын капитана торгового судна, рано потерявший отца, Перси принадлежал к тому же социальному классу, что и Мэри. Неуемная энергия, горячий нрав, активность — всё, что часто сопутствует людям их социального происхождения, когда богатство не дано сразу, — роднило их, симпатия возникла буквально с первой встречи:
«Когда они встретились, их мгновенно влечёт друг к другу, и думаю, так происходит, потому что он видит в ней себя, он восхищается её живостью, её энергией. Тут такой баланс — он смотрит на неё как на инвестицию, в которую хочет вложить, но так же видит в ней что-то особенное, настоящую искорку, как будто неприручённого дикого зверя».
Перси был очарован ею, но именно такой ей — талантливой, перспективной, имеющей все шансы на то, чтобы рано или поздно стать настоящей звездой — он не смог открыть всей правды о себе, о том, что он заядлый карточный игрок. Он был как бы за фасадом, по словам Ричарда, вращался в тех социальных кругах, которым, вероятно, не принадлежал, и преподнёс ей себя как инвестора на фондовой бирже.
Стремительным был рост популярности Мари, стремительным стал и их брак, который, несмотря на все произошедшее в дальнейшем, на своей заре был счастливым и подарил Мари единственную дочь. Но именно тот рост славы Мари и сыграл ключевую роль в том, что их семейная жизнь покатилась под откос:
«Вообще-то брак поначалу был хорошим и честным, и как только они сошлись вместе, он позволяет маске чуть соскользнуть и они “совпадают” и зажигают друг друга. Но всё сходит с рельс, когда она становится богатой и знаменитой, и он живёт за счёт её успеха».
Противоречия в семье нарастали, — сцена и поклонники отрывали у Мари слишком много времени; как следствие, Перси начал искать внимания на стороне. В то же время он терзался собственной несостоятельностью по части содержания семьи, жизни за счёт Мари, и всё это способствовало проявлению другой стороны Перси:
«Для эдвардианского мужчины это во многом унижение, как бы он в этом ни купался, ни любил это и ни тратил её деньги, — думаю, пресса высмеивала его как альфонса, и его безысходность разгоралась, и он начал вымещать свой гнев на ней».
Игра двойственности персонажа — то, в чём Ричард, безусловно, силён, именно такую возможность он снова получил в этой роли. Тот первый приступ агрессии Перси по отношению к жене становится для зрителя шоком, возможно, таким же, как для самой Мари, ведь, несмотря ни на что, в памяти всё ещё остаётся образ по-настоящему влюблённого мужчины, каким он был в начале их отношений:
«Это было довольно странно. Перси сложный персонаж, довольно неоднозначный, я полагаю, вы думаете о нём с одной стороны, а затем видите в совершенно неожиданном свете, и это именно то, что случилось в тот момент. Она неожиданно просто не узнаёт его больше, — этого мужчину, который набрасывается на неё».
По словам Джесси Уоллес, сыгравшей Мари, Ричарду прекрасно удалось отразить эту двойственность героя:
«Он захватил это сочетание очаровательности, красоты и сексуальности в мужчине, который становится угрожающим и страшным». Интересно, что эта сцена стала первой, которую Ричард и Джесси сыграли вместе.
Снятый в феврале 2007 года в Лондоне, фильм был отмечен печатью качества продукции BBC по части достоверности воссоздания исторической эпохи. Это нашло отражение как в местах съемок (одной из локаций стал Hoxton Hall — тот самый, в котором выступала Мари Ллойд), так и в костюмах героев, за дизайн которых фильм был номинирован на БАФТу.
На экраны фильм вышел в мае 2007 года, был благосклонно принят и получил по большей части положительные рецензии от главных печатных изданий Великобритании: «поражающий байопик» от The Independent, «вещь с изюминкой» от Daily Mail, «Потрясающая дань уважения жизни Мари Ллойд» от Daily Mirror. Как и полагается, большинство изданий фокусировались на исполнительнице главной роли Джесси Уоллес, но из всех второстепенных героев именно о Ричарде в Radio Times было сказано: «в роли первого мужа Мари он прекрасен».
Являясь биографией, «Мисс Мари Ллойд» остаётся всё же художественным фильмом, а потому некоторая смягчённость образа Перси в сравнении с тем, каким он был в реальности, вышла здесь очень гармоничной. «Ведя свою линию», Ричард сумел выделить этого героя как не просто одну из страниц в биографии великой женщины, но как действительно любящего её человека. Именно то
«ощутимое чувство сожаления», как он сам выразился, сопутствует последней сцене его героя в фильме, когда Мари Ллойд, выходя за двери адвокатской канторы с оформленным разводом, покидает и его жизнь.