Праздники отшумели и мы продолжаем))
Эти мрачные воспоминания немного скоротали ожидания принца, и вот, Томас, покинув кабинет начальника со словами «Так, пошли», потопал вверх по лестнице, даже не оглянувшись на Кили. Следуя за ним, принц мученически простонал: «Ну чего ещё»? «Как чего? - отозвался парень, вновь исчезнув в своих владениях, - одет ты не по форме. Все равно, пока шьют, надо напялить хоть что-нибудь». Уже вслух, молодой гном что-то бормотнул на «своём родимом». Слава богу, что склерозом Томас не страдал, а потому быстро нашёл ту куртку, которая хоть более-менее была принцу в пору. С головным убором и обувью проблем не обнаружилось, в сущности, на кой столько лишних телодвижений из-за какого-то «мутного» коротышки? Но, вслух хранитель обмундирования с ехидной ухмылкой, оглядывая Кили, произнёс: «Фортовый, фортовый...»
- Теперь чего? - мрачно спросил принц, зыркая из-под козырька пикельхельма.
А теперь ты снова пойдёшь к Цесарио и он продолжит с тобой нянькаться. Я своё сделал.
- Счастливо оставаться, - вяло произнёс Кили и побрел вниз.
В кабинет начальника караула он зашёл со словами «И снова здравствуйте». Цесарио оторвался от каких-то бумажек и встав из-за стола, сказал: «Пойдёмте, покажу ваше жилище».
- Какое жилище? - удивился принц.
- Как какое? Казармы.
- А спать я где буду?
- В казармах, на своём койко-месте. А вы где думали? - тут Цесарио увидел выражение лица Кили и невольно улыбнулся.
Тааа-к новый удар под дых для принца - мало того, что целый день порознь с его невестой, так ещё и спать Балрог знает где и с кем! И это все не считая того, что уже адски хотелось жрать...За что, Махал, за что?!...Нет, гордый сын Дурина может спать и на земле и при любой погоде, да и полгода похода к Одинокой горе, это вам не в лес покурить сходить. Просто, очередные приключения в компании со своей любимой он представлял иначе, даже если согласиться на раздельное времяпровождение днём.
Тут начальник караула решил подлить масла в огонь, и видя чувства принца, которые уже так сложно было скрыть, добавил, положа ему руку на плечо и выводя из кабинета: «И дежурства вы будете нести и ночные и суточные».
- Пожрать дадут?- уныло поинтересовался принц.
- Кормежка по расписанию, но и на дежурстве перехватить чего-нибудь можно. Зависит от обстановки и места поста. Некоторые даже спать ухитряются. Чего вам, - тут Цесарио сделал акцент на «вам», - я крайне не советую.
Пока Кили проходил свой «второй круг ада», Астерия и Паллада уже вернулись на территорию имперской резиденции и направлялись к башне.
- И все-таки вы знаете, почему выбор леди Эмили пал на меня, а не на ближайшее окружение? Да и на случай отсутствия правителя у вас ведь есть Лорд-Регент?
- Ох, я не знаю, не знаю леди Астерия...Одно могу сказать точно - то, что произошло - ещё чудом не дошло до Парламента и времени у нашей Императрицы мало. Это...это безумие какое-то...- Паллада вдруг остановилась и посмотрела на Астерию, - я не знаю, кто вы и ваш спутник, но, помогите нам выстоять сейчас.
Возлюбленная Кили, несмотря на то, что уже как-то обмозговала послание леди Эмили, и плюс-минус прикинула, как тут прожить эти неделю или две-три, после просьбы женщины-стража, начала ощущать глупость и беспомощность. Но, постаралась не показать виду и положив Палладе ладонь на плечо, ответила: «Мы постараемся». После этих слов, они молча дошли до дверей башни, где стражница оставила Астерию в покоях, и та глядя на своё отражение в зеркале произнесла: «Дура ты дура. Я-бы даже сказала, овца».
К этому времени, окончательно деморализованный Кили «познакомился» со своим койко-местом на двухъярусной кровати в общежитии, причём, на месте нижнем, которое ему Цесарио выделил «из уважения к его годам», так как возраст принца и его внешность все ещё не складывались в голове начальника караула. В столовой молодого гнома даже недурно покормили, по крайней мере, снова вспыхло желание задать трепку Астерии при встрече и появилась надежда откосить от этой «левой» службы. Кили выдали стандартное оружие для невысоких чинов стражи - палаш, который в принципе, удобно лежит в руке, разве что длинноват, но, тут уж без вариантов, до револьвера ещё не дослужился. Начиная испытывать к Кили все больший интерес, Цесарио тут же решил назначить ему ночное дежурство возле дворца. А меж тем, время неумолимо шло к вечеру.
Парадокс все это время проспал на полу заброшенного особняка. Снова спутанные сны и клочки от несбывшихся петель времени. Ещё ныло под рёбрами, но надо раздобыть хоть что-то поесть, все-таки он не святой дух да и хоть как-осмотреться в этом городе. Считанные часы короткого знакомства принца с его сожителями по общаге, и вот, он уже топает к месту своего поста ровно к 12 ночи, к смене караула. Астерия уже видела его в окно и решила извиниться перед своим женихом и «украсть» его на ночную прогулку по городу. Так, чтобы его не хватились до утра...