|
День шестой.
Мне уезжать сегодня… Последний день… Как быстро пролетела неделя… Боже, как быстро… Шесть дней волшебного сна… А и был ли он? Или – вот сейчас – проснусь дома, недоуменно оглянувшись вокруг, и пойму: сон… Но – нет, был… И приезд мой, и встречи… все – было… А сегодня – ехать… Дорога… снова… Какое яркое солнце…
– Оля? На работу? Сегодня?
– Да… Пойдем до Финского прогуляемся?
– Пойдем…
Выйти из тепла на морозный порывистый ветер, съежиться, вскинуть голову к бледно-голубому небу… Снежные колеи под ногами в половину роста человеческого – как дома… Песок мерзлый, едва прикрытый снегом и льдом – как дома… Ветер, заставляющий пригибаться – как дома…
– Знаешь, я даже Варандей вспомнила…
– Я тоже… Особенно если не поднимать взгляда – иллюзия практически полная…
Тонкие прутики недавно посаженных деревьев: здесь будет парк 300-летия… Многие государства эти вот прутики дарили… Гладкая поверхность залива замерзшего: у нас-то такого льда никогда и не было… И – черные пятнышки рыбаков на этом льду. И как не боятся? Лед-то, поди, совсем еще тоненький… Сколько стояли мы там? Не помню уже… Но – обратно – спеша, ей идти пора…
– А я ведь не помню ничего почти с Варандея-то…
– А я – помню… Многое… Может, чересчур даже…
– Чужая я здесь… И привыкла вроде уже, и прошлое не помнится, а – чужая… Большой город по своим законам живет…
– Все мы чужие на Большой Земле…
Тишина… у окошка стоять, на дома соседние и на город глядя… Прощаться… Кто ведь знает, когда еще выберусь… Прощаться… Спасибо, город… Спасибо тебе… Две чайки – рядом, от меня наискось, перечеркнули солнечный круг и небо выцветшее…
– Чайки, Оля, чайки, смотри!
– Брось… они надоели уже…
– Чайки…
Опереться на подоконник и не услышать шагов сзади…
– Места себе не находишь?
– Да…
– Приезжай еще?
– Если смогу… обязательно…
Вот и все… Половина десятого… Мне – уезжать… Напоследок прощаться с городом… До свидания… Звезды на небе хлебными крошками… Московский вокзал. Перрон. Перестук колес поезда. Вот и все… До свидания…
|