[Sunflower]

Принц выбрался на крышу, волоча за собой тяжелую подзорную трубу. Придворный астролог был добрым старичком, и позволял принцу пользоваться своими инструментами.
Установив шатающийся треножник, принц укрепил на нем трубу.
Навел ее на звездное небо..
Холодные зимние звезды не мигая смотрели вниз. Как ледяные угольки, далекие и красивые.. Красивые, но слишком равнодушные. И все же принц любил звезды.

С крыши дворца весь город был как на ладони. Особняки дворян, дома состоятельных граждан, хибары бедноты на окраинах. Принц смотрел на пустые улицы. Редко где в домах горел свет. Весь город уже спал, только конная стража объезжала границы.
В подзорную трубу были видны черные кошки, притаившиеся у двери мясной лавки, дремлющий пес на цепи в одном из дворов, застывшие статуи в пустом парке, тени в окнах, горизонт, редкие облачка, снова звезды..
Звезды.
Принц начал отыскивать знакомые созвездия, пльцам проводя невидимые линии от одной звездочки - к другой. Палец быстро замерз, и принц спрятал его в муфточку. Вздохнул, поежился, в последний раз посмотрел на город - и начал спускаться вниз.

Старый звездочет спал в своем неизменном кресле возле пылающего камина. Он сопел носом и не слышал как вошел принц. Вернув на место подзорную трубу, принц тихонечко вышел.
Он любил не спать по ночам. Правда, это редко ему удавалось, потому что обычно от дворцовой скукоты он начинал зевать уже после обеда. И тем более он любил эти тихие часы, когда весь дворец будто вымирал, и только стражи у дверей оставались бодрствовать.
Иногда заглядывая в караульную, принц заставал стражников за игрой в кости или карты. Ему хотелось бы присоединиться к ним, особенно когда он слышал взрывы веселого хохота или смачные словечки, от которых невольно краснел - но он понимал, что никто во дворце не принимает его всерьез.. Разве что министры, подсовывающие бумаги на подпись.
Принц всегда прочитывал указы и распоряжения, которые ему предлагали. Не каждый он соглашался подписать. А переупрямить его было невозможно. Он просто упирался и твердил "Нет" на очередную просьбу выделить пенсион тому, другому, третьему родственнику или приятелю ходатая..

Длинная галерея к часовне была пуста. Только лунный свет, падавший в окошки, освещал ее. Принц подошел к портрету короля и тихо зашевелил губами. Он приходил сюда поговорить.. как будто посоветоваться. Или просто поболтать. Далматинский дог равнодушно глядел в сторону, но молодой охотник всегда внимательно слушал принца.
Мальчик сел возле противоположной стены и уперся локтями в колени.
- Почему звезды такие холодные?.. - спросил он..

Принц проснулся внезапно, вздрогнув всем телом.
- Ш-ш-ш.. Не пугайтесь, - услышал тихий голос.
Кардинал нес его на руках.
- Вы уснули в галерее, ваше высочество, - тихо сказал Кардинал.
Принц с облегчением перевел дух.
- Я пойду сам, пустите меня..
- Мне не тяжело, - возразил Кардинал.
Он нес принца по пустым темным покоям к дальнему крылу дворца. К тому, где располагалась спальня принца.
- Пустите, не надо, - принц попробовал встать на ноги, и Кардинал опустил его на пол. Принц смущенно оправил костюмчик. Надо же, заснул!.. Как так?..
Он поднял голову, но Кардинал и не думал улыбаться. А вот принц был огорчен тем, что кто-то был свидетелем его слабости.
- Спокойной ночи, ваше высочество, - Кардинал легко коснулся рукой макушки мальчика, словно благословляя его.
- Спокойной ночи.. Луис.
Кардинал улыбнулся.

Тихо, к тень, он уходил от принца - может быть, обратно в часовню, продолжать ночные молитвы, а может быть, куда-то еще.. Он один знал свои намерения.

Принц проводил его взглядом - и отправился в постель.