А вот эта серия была услада для глаз, роскошное осеннее-всё-в-золоте увядание Линдона, индиговые интерьеры и пейзажи Нуменора, горы, повторяющие изломы Дуринова сапфира, аметистовый шар-жеод в руках Дисы
И. Сцена в кузнице Келебримбора. Вся. Это просто совершенство. По драматургии. По мизансценам. По внутреннему накалу. Вот дальше был конфликт в Нуменоре, размашистый и слегка ушибленный Шекспиром, меня ранили из-под вашей руки чума возьми семейства ваши оба и т.п. - но даже он не был, по-моему, так драматичен, как разговоры в Эрегионе, втянувшие Келебримбора через творческую ревность, через инстинкт мастера и наставника в колесо вины и искупления, в любимую игрушку Саурона. И Мирдания кажется ему (Саурону) похожей на Галадриэль, когда он успешно вкладывает в её голову своё толкование пророческого видения.