Захожу в дом тихо и виновато. Слишком долго я отсутствовала. Что если Торин уже ушел и не ждет меня?
Он здесь! Он здесь, Торин, стоит ко мне почти спиной, но оборачивается на звук, и смотрит, ничего не говоря.
— Прости, — тихо произношу, — я слишком увлеклась, хотела… быть со всеми.
Он лишь едва заметно кивает.
— Там весело, — и легкая усмешка трогает его губы.
— Ты там был?
— Конечно.
На этот раз я смущенно дергаю вверх уголками губ и опускаю глаза. Как я могла подумать, что он будет сидеть здесь и ждать меня? Но Торин покачал головой и сделал шаг вперед.
— Я не могу находиться в разных тредах одновременно, но я всегда знаю, что где происходит. Когда я слышу что-то интересное, я могу вмиг появиться там и посмотреть своими глазами. А если они обсуждают что-то для меня непонятное, я могу и не приходить.
Я чуть воспряла и вновь посмотрела на него.
— А где ты находишься обычно, когда ничего не происходит?
— По-разному, но обычно там, где они создали для меня дом. Но иногда я забираюсь в самые далекие, давно пустующие треды на последних страницах, и сижу там, слушая происходящее. Это похоже на то, когда ты находишься на большой глубине — звуки сверху доносятся гулко и неразборчиво, словно эхом.
Он замолчал, а я наконец прохожу в комнату и сажусь на пол возле печи.
— Я больше не уйду надолго.
Он наклоняет голову и садится рядом. Мы сидим пару минут в тишине.
— Торин? А разве ты когда-нибудь был на большой глубине?
Он улыбается в бороду, морщинки собираются вокруг глаз.
— А как же. За свою долгую жизнь я прошел через многое.
— Расскажи, — с надеждой прошу его.
Он снова улыбается и скашивает на меня глаза.
— Тогда садись поудобнее.
