[Curumo]

Сообщение от Долька

Вообще, вами интересная тема поднята

Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется © В Парме, кстати, есть словечко гвегвин (gwegwin) – гермафродит, и куча прочей тематики, скажем так, репродуктивного плана (доктор, откуда у вас такие картинки). То есть Толкиен свой эльфийский словарь разрабатывал явно не только для молитв Деве Марии. Оттуда же, не в связи – «руин» означает мир (в смысле peace), то есть пресловутый Ородруин, выходит, «гора мира»? Согласно тексту Толкиена в НоМЕ, Фродо должен был бросить кольцо не просто в вулкан, но в тайный пламень, Secret fire (напомним, Эру «поместил в сердце Арды тайный пламень, дающий жизнь и реальность»).
Еще Парма добавляет деталей насчет этой ранней концепции Эрессеа:

Сообщение от JRR Tolkien

Эринти, богиня любви, музыки, красоты и чистоты, живет в Аламинорэ, и фаэри охраняют ее башню. Еще ее часто называют Акайрис, «невеста», или Хелиньетиль, «фиалка анютины глазки», и она обитает в корине из вязов. Она вместе с Нолдорином (=Салмар) и его братом Амилло (=Омар, самый юный из валаров) единственные из всех валаров покинули Валинор, чтобы жить среди эльфов на Тол Эрессеа. Нолдорин долго обитал в Нолдомаре, именно он привел нолдоров обратно на Инвенор (=Эрессеа).

Из той же серии – Фладвет Амрод (Nomad's Green, явная отсылка к Fiddler's Green): место на Эрессеа недалеко от Тавробэля, где Эриол провел какое-то время. К чему я это?..

Вечер в Тавробэле
Эпилог, адаптированный из одноименного стихотворения Толкиена, возвращает нас к Эриолу и его волшебным друзьям: как известно, именно в Тавробэль направился наш герой после праздника сказок в Кортирионе, и даже по возвращении в свою страну Лютиэн, завершая книгу, он вспоминает эльфийскую охоту в тамошних лесах. Напомню, что согласно HoME VII, «Страна, где жила Лютиэн, уцелела [в падении Белерианда] и теперь называлась Линдон» (But that land where Luthien had dwelt remained, and was called Lindon). С одним из знакомых нам по Эрессеа персонажей, флейтистом Тинфангом («старым безумным лепреконом», согласно одному из текстов), Хэммонд и Скалл связывают еще одно произведение из «Собрания стихотворений»:

Сообщение от JRR Tolkien

Снаружи
Мы сидим на островке, очерченном светом огня и окружённом океаном тьмы, словно в золотом оазисе посреди синей пустыни. Голоса вокруг вдруг разом смолкают, и в этой внезапной тишине я слышу, как снаружи, из ночной мглы, неясной и неизъяснимой, доносится голос. Он звучит, словно тонкая, пронзительная флейта, пустая и зловещая, и её мелодия проникает прямо в сердце.
Этот зов доносится из реки Ночи, где блуждают призраки людей дня, и шепчущих деревьев-сновидцев, и листьев, и навострившей уши травы. Они плывут, тонкие и эфемерные, на тысячеустом дыхании спящего мира. Блуждающий огонек этой невыносимой мелодии, изящный, как стекло, и бледный, как отражение звёздного света в росе цвета серой слезы, несётся на ветрах одиночества из каких-то бессветных краев.
Там, в ночи, бродит, порой замирая, нечто, что не принадлежит ни к эльфам, ни к людям. Вот оно спускается с холма, где две лесные рощи залиты лунным светом, вот поднимается по тропе - и я не смею взглянуть ему в лицо. Оно идёт по тропе - к воротам, к окну... о нет!
Тонкий голос флейты зовёт, завывая, через тенистую изгородь, и я слушаю - не только ушами, но и глазами. Эта музыка чиста, как лунный свет, но столь же пропитана мраком; это нить, которую кинжал ветра вырвал из ткани пространства, из бесчисленных мелодий туманов, сотканных из серебра и черноты под бременем отчаянной синевы, кошмара безнадёжных небес.
Свет очага меркнет, и его огненная песнь превращается в шёпот пепла. Холодный страх тьмы присел рядом со мной: он стенает о первобытном ужасе, о беспомощности и пустоте, и о древнем отчаянии детей земли. Он вещает о темных алтарях и непостижимой магии, что таится в окутанных тьмою лесах, о безымянных древних, что бродят вовне - одни лишь сосны достаточно стары или злы, чтобы поверить: они ведь тоже родом из доэльфийских эонов.
Я слышу музыку: она все играет, одновременно манит и отталкивает прочь, тихонько причитает в моих ушах о тех, что таятся во тьме, о тонком волшебстве – и зовет, зовет меня в холодный мрак снаружи.

Как водится, песня по мотивам в студию.