[Darklight]

Вновь угрожающе нависает неуютное молчание. Орландо молчит, я молчу в ответ. И мне начинает казаться, что его тяготит мое присутствие. Зачем я ему навязалась? Надо было дать ему спокойно уйти, там в больнице. Ему совсем не хочется со мной возиться, зачем-то показывать город. Будто других дел нет! Наверняка, он уже сто раз пожалел, что заикнулся об этом. Сейчас сидит и мысленно упрекает себя за свой длинный язык. От осознания всего этого мне вдруг становится неприятно. Я сама себе противна. Чувствую себя, как нищенка, выпрашивающая милостыню у ворот монастыря, а строгие, беспощадные прихожане смотрят на меня - кто с непониманием и неодобрением, кто с жалостью и осуждением. Так не должно быть. Я не смогу терпеть такие взгляды от человека, которого я… Нет, все неправильно. Надо разобраться.
- Послушай, Орландо, ты не был виноват в том, что я налетела на твою машину в тот день. Это полностью моя вина. И если тебе не хочется устраивать мне экскурсии, катать меня по городу и развлекать меня, ты вовсе не обязан это делать. Я пойму… - мне очень трудно говорить. В горле перчит, слава застревают на губах, не хотят обретать оболочку, и от этого звуки получаются глухими, словно где-то далеко и тихо бьют в барабан. Постепенно я понимаю, что это стук моего сердца.
Орландо смотрит на меня, хитро прищурившись. Несколько темных прядей выбились из маленького хвостика, в который собраны волосы, и ветер, проникающий в машину сквозь открытое окно, свободно трепет их, не давая ни секунды покоя. На Орландо серые джинсы и свободная светло-желтая рубашка. Он так красив, что у меня перехватывает дыхание, и я больше ничего не могу сказать.
- С чего ты взяла, что мне не доставляет удовольствие эта прогулка?
Пожимаю плечами. Я все еще не в состоянии говорить. Да и что я могу сказать?
- Я же сам предложил, сам позвонил… Не под пыткой же я это делал. И не из чувства вины.
- А почему тогда?
Теперь его очередь пожимать плечами.
- Не знаю. Я люблю заводить новых друзей. Правда, обычно это происходит не в таких экстремальных условиях, - смеется Орландо. – Так что не парься. Я сейчас здесь, потому что мне хочется быть здесь. Я такой человек, что меня невозможно заставить сделать то, что я не желаю делать. Такой уж у меня характер. Надеюсь, я тебя убедил?
- Да, - киваю. Мир вновь кажется ярким, солнечным, прекрасным. – Я тоже люблю заводить новых друзей. Люблю, когда они постепенно превращаются в старых.
- А что еще ты любишь?
- А почему мы про меня говорим? Не хочешь о себе что-нибудь рассказать?
- Не-а, со мной и так все понятно. Уверен, в интернете можно найти даже то, чего я сам про себя не знаю. Заглядывала туда?
- Нет. Зачем? Я ведь могу просто спросить, - на самом деле, я немного лукавлю. Я действительно не лазила по инету, но просто потому, что в данный момент у меня нет к нему доступа. Когда-то давно я видела сайты, посвященные ему. Это было сразу после выхода «Братства Кольца» около двух лет назад. Я с головой окунулась в фильм, во все, что было с ним связано. Но потом испугалась, что меня в очередной раз засосет в эту сладкую трясину фанатства. Я уже один раз пережила это. Разочарование действительно было страшным. Всего одна публикация в газете, всего одно интервью показало мне насколько можно ошибаться в людях. Разрушило все, чем я дорожила в них, выявив много лжи и грязи. Но я это пережила. Я не перестала уважать их, я не перестала слушать их музыку, я не смогла прекратить их любить. Просто любовь стала немного другой. Поэтому когда я вновь ощутили прилив старых чувств, я заставила себя всплыть на поверхность из этой пучины. К тому же в жизни началась черная полоса. Виртуальность не могла спасти. Помогала только все та же музыка, она вытеснила из моего тесного мирка все остальное. Остались лишь реальные люди, которые меня поддержали, не дали захлебнуться. Анька, Тони, Люк, мама…
- А я вообще компьютеры не люблю, - голос Орландо возвращает меня из воспоминаний в реальность. – Чем меньше техники, тем лучше, - улыбается он. – Ну, вот мы опять вернулись к моей персоне… Ты говорила, что учишься?
- Да. В Лингвистическом университете.
- Интересно, наверное.
- Скука смертная, - смеюсь я. – Я и сюда приехала учиться. Это погружение в язык называется. Живешь в семье, говоришь только на английском. Я попала в очень хорошую семью. Молодая пара. Ничего не запрещают, - снова смеюсь. – Мы быстро поладили.
- Мне кажется, с тобой трудно не поладить, - Орландо прикусил нижнюю губу. Это выглядит так невинно и в то же время настолько сексуально, что у меня начинает закипать кровь. Я неприлично долго смотрю на его губы. Когда до меня доходит, что мы давно остановились, и он все это время тоже смотрит на меня, быстро опускаю глаза и начинаю краснеть. Не могу вспомнить, что он сказал. Что-то приятное, но слова я уже, похоже, не разбирала.
- Мы уже приехали?
- Да, - отвечает как-то отстраненно, словно глубоко закопался в свои мысли. Украдкой бросаю на него взгляд – задумчиво смотрит на меня.
- И где мы? – решительно смотрю прямо в глаза. Он не отводит глаза, принимая вызов.
- Сейчас увидишь. Пойдем.
С трудом вылезаю из машины. Коленки трясутся. Руки дрожат. И снова ощущение, что я вернулась в детство. Все цвета ярче, чем обычно, звуки громче, ощущения сильнее, солнце улыбчивей, а ветер приветливей.
- Смотри, - Орландо подходит ко мне и, легко коснувшись моего плеча, показывает рукой на небо.
Поднимаю голову и вижу огромное колесо обозрения. Я поражена и испугана одновременно.
- Ты хочешь сказать, что мы… Что мы полезем туда?
- Ага, - Орландо напоминает маленького ребенка, у него в глазах такое огромное счастье, что кажется, оно сейчас хлынет наружу и затопит все вокруг. – Тебе понравится, - он хватает меня за руку и ведет к кассе, где продаются билеты. И покупает два.
Мне становится по-настоящему страшно. Я жутко боюсь высоты, а это колесо самое большое, какое я когда-либо видела. Эйфелева башня рядом не валялась…
Но отказаться я не могу. Если бы рядом был кто-нибудь другой, кто угодно – Тони, Люк, Аня – я бы не думая послала их подальше, но Орландо… Это другое. К тому же, он уже купил билеты.
Я послушно иду за ним, хотя ноги подкашиваются. Садимся в кабинку… и начинаем подниматься вверх. Здесь только мы, больше никого. Орландо что-то говорит, но я его не слышу. Тут он понимает, что со мной что-то не так.
- Ты боишься высоты? – догадывается он.
- Очень, - еле выдавливаю я из себя.
Как ни странно, его это рассмешило. Видимо, у меня очень глупый и напуганный вид.
- А ты не думай о ней, - он подходит ближе, и, как мне кажется, заставляет кабинку еще больше раскачиваться. Я тут же хватаю его за руку и крепко держу ее. В другом состоянии я, конечно, не осмелилась бы так себя вести. Но сейчас меня заполняет более сильный страх. Орландо аккуратно обнимает меня за плечи. У меня начинают бегать мурашки по спине. Внутри все оборвалось. А он будто не замечает того, что сделал, будто это в порядке вещей. Мы еще не на самом верху, но уже хорошо виден лежащий внизу город. Рыхлые облака проплывают мимо. Кабинка застеклена, но есть небольшие окошки, и мы стоим у одного из них. Ветер здесь сильный. Он развевает мои волосы. Орландо очень близко, и они попадают ему в лицо. Он смеется и, высвободив руку, которую я нехотя отпустила, убирает локоны мне за ухо, касаясь пальцами моей кожи. Боже, что происходит? На каком я свете? Неужели такое возможно? Я, должно быть, сплю. Он снова берет меня за руку.
- Смотри, это Westminster Abbey, а там, дальше The Houses of Parliament и Big Ben. А вот это башня - The Tower of London, - Орландо продолжает перечислять названия. - St. Paul’s Cathedral, Buckingham Palace. Нравится?
- Да, очень, - поворачиваю голову и смотрю в его черные глаза.
- Я рад, - говорит это почти шепотом.
Мы уже миновали вершину и теперь спускаемся вниз. Молчим. Но сейчас я не испытываю неловкости. Словно знаю его всю жизнь. Наверное, так и есть. Я сотни раз видела его во сне, и только сейчас узнала, вспомнила.
Орландо помогает мне выйти, и я даже немного сожалею, что вновь чувствую под ногами твердую землю.
- Спасибо тебе огромное, - искренне благодарю я его. – Я этого никогда не забуду.
- Я тоже.
Солнце начинает садиться. Я с ужасом вспоминаю, что никому не сказала, куда пошла. Когда позвонил Орландо, я схватила сумку, быстро привела себя в порядок и убежала, даже не взяв телефон. Анька, наверное, с ума сходит.
- К сожалению, мне уже пора, - говорю я, не пытаясь скрыть грусть, так как знаю, что все равно не получится.
- Мы ведь увидимся еще?
- Если хочешь…
- А ты хочешь?
- Да. Хочу, - снова смотрю в глаза и натыкаюсь на нежность и улыбку.
- Тогда наши желания совпадают.
Остаток дороги я помню совсем плохо. Слишком много эмоций за один день. Дома отмахиваюсь от всех расспросов Ани, ложусь на кровать и лечу в бездну под названием мечта.