Цитата:
|
А мне кажется, что после предательства Горлума сомнения возникли не в Свете, а в своих силах. Причем даже не сомнения, а признание своей полной неспособности сопротивляться кольцу.
|
Именно так.
В книге мы это выискивали между строк, а в фильме Фродо прямо говорит про это. "Я должен верить, что он может вернуться". Предательство Горлума убило его единственную надежду, заставило поверить, что у него самого нет шансов, разрушило последние иллюзии и остатки надежды на собственные силы.
Но если сразу после этого он не сдался, это может значить только одно: его "вели" до последнего, до самой Горы.
Ната, та фигура в белом... меня в этой фигуре в белом всегда смущало то, что и как она говорит.
Then suddenly, as before under the eaves of the Emyn Muil, Sam saw these two rivals with other vision. A crouching shape, scarcely more than the shadow of a living thing, a creature now wholly ruined and defeated, yet filled with a hideous lust and rage; and before it stood stern, untouchable now by pity, a figure robed in white, but at its breast it held a wheel of fire. Out of the fire there spoke a commanding voice.
‘Begone, and trouble me no more! If you touch me ever again, you shall be cast yourself into the Fire of Doom.’
Повелительный голос, и самое главное Здесь, чтобы справиться с Горлумом, он вынужден стать властным, жёстоким и беспощадным, "фигурой, недоступной жалости". Защищая кольцо, он попадает под власть "его" эмоций, попадает в эту ловушку и уже не может из неё выйти, у него нет сил, фактически кольцо в этот момент становится им. Мне кажется, там уже не он идёт к Горе, а Оно идёт само, используя его физическую оболочку.