[Кэм]

Порог перескочила Ниарнэн, часто дыша от бега.
– Элберет Звездоносица! Вы тут спокойно стоите и отдыхаете, когда нам нужны лишние руки! А ну быстро за мной.

Этот день прошел незаметно. Даэрбет постоянно кому-то помогала с вещами, знакомилась с новыми подданными своего короля, отводила лошадей в стойло, вдобавок ее попросили подежурить на кухне. Новоприбывших Трандуил приказал разместить в правом крыле третьего этажа, напротив комнат Передового, и Даэрбет с Келлоданом показывали дорогу. К вечеру девушка настолько утомилась, что еле держалась на ногах, а ее веки слипались. Во время ужина она отыскала глазами того молодого эльфа. Эреглот по-прежнему вел себя скованно, говорил тихо и мало и глядел в основном в свою тарелку – очевидно, пребывание в замке очень его смущало. Даэрбет тихо спросила Линдира о нем.
– Он не наш, – спокойно ответил эльф, поливая соусом куриное бедро. – Он родился в другом месте, и в Лихолесье относительно недавно. Вероятно, он не совсем уверен, как к нему тут относятся. Но поет он хорошо, – подытожил менестрель и впился зубами в мясо, всем видом показывая, что больше на эту тему он говорить не намерен.
Даэрбет думала, что уснет сразу же, как только ляжет в постель, а на деле долго ворочалась без сна. Она думала о многом: о предстоящем празднике, о новом платье, что подарил ей король… Какую прическу надо сделать, какими заколками воспользоваться… Где это все будет происходить, надо же знать, какая обувь нужна – туфли на небольшом каблуке или легкие сапоги по колено…
Наконец, промучавшись часа два, она уснула, зная, что проснуться ей надо рано…
Она и проснулась рано – около шести. Сон вовсе не принес отдыха телу – голова и ноги так же гудели, вдобавок руки словно одеревенели и отказывались повиноваться. Поборов искушение полежать еще немного, она встала и начала одеваться. Судя по звукам, доходившим из коридора, не она одна встала в такой ранний час.
Следующая делегация гостей прибыла в четверть восьмого, и была вдвое, если не втрое, больше первой. Комнат уже не хватило, и Леголас предложил всем эльфам и эльфийкам, живущим одним, на время переместиться в комнату к друзьям. Это сэкономило жилую площадь, но ненамного. Трандуил, подумав, повел гостей в женский корпус и сорвал гобелен с правой стены – там обнаружилась дверь, за которой оказалось еще одно крыло. При виде действий отца Леголас хлопнул себя по лбу и мысленно обозвал себя клушей-наседкой – он не мог понять, как он мог забыть про запасной коридор.
Однако распоряжение жить вдвоем так и осталось в силе, и Даэрбет сообщили, что теперь она будет делить жилье с Ниарнэн. Эти слова означали, что в комнату Даэрбет перенесли огромную кровать Ниарнэн и не менее огромный ворох одежды. Оценив на глаз размеры кровати, Даэрбет внимательно посмотрела на дверной проем и сделала вывод, что этот предмет мебели нельзя было занести в комнату таким путем. Когда она спросила Леголаса, как ему это удалось, он в ответ только расхохотался и заявил, что это эльфийская магия.

Глава пятнадцатая
Наконец, этот день наступил. Ниарнэн сказала накануне, что больше гостей не будет, и Даэрбет сочла это удобным предлогом, чтобы подольше поспать и хоть немного отдохнуть. Однако, ей это не удалось – Ниарнэн, как Леголас и как Трандуил, была жаворонком, и встала рано. Хоть она и старалась не шуметь, но ей это плохо удавалось, и Даэрбет проснулась раньше, чем рассчитывала, однако решила не вставать до завтрака.
Когда же она наконец спустилась в залу, она была поражена огромным количеством народа. Если раньше для еды всему населению Эланора хватало одного маленького стола, то теперь их стояло три больших, параллельно друг другу. Трандуил сидел во главе среднего, во главе правого – Леголас, во главе левого – Ниарнэн. Такая официальность немного ее смутила, и она отыскала себе место поближе к выходу, по пути радостно приветствовав Дунедайна. Смертный был одет в серо-голубую накидку из какого-то легкого слегка мерцающего материала и темно-синюю рубашку, аккуратно выбрит и причесан. По всему было видно, что он тоже примет участие в празднике.

_______________________
То, что успела написать вчера. Засим удаляюсь в глубокую депрессию, потому что РОДИТЕЛИ КАК ВСЕГДА ИСПОРТИЛИ МНЕ ЖИЗНЬ