[мисси]

Глава 12.
Это мой город.
После того памятного визита Снейп все чаще стал под вечером оставлять дворец и просто бродить по Гондору. Он не гримировался, подобно многим, особенно восточным, монархам, желавшим оставаться для народа инкогнито. Во-первых, ему было все равно. А во-вторых, он прекрасно понимал, что никакой маскарад не утаит его высокую фигуру, профиль и походку. Да и народ, за время недолгого правления Арагорна привыкший к спокойному отношению к идущему по улице королю, практически не замечал его.
Снейп полюбил этот Город всей душой. Точнее, он знал, что и так всегда любил его, когда видел во снах, мечтах, представлял и желал страстно желал очутиться там всей душой. «Будьте осторожны в своих желаниях, Северус Снейп», - не раз повторил он себе, с саркастической усмешкой в уголках губ.
Гондор оказался похож на многие, виденные им города – и не похож ни на что. Он узнавал купола, которым внимал в Иерусалиме, видел амфитеатры Рима и дома, сошедшие с византийских гравюр Дамблдора, венецианские мосты и родные, такие невозможные, такие викторианские решетки оград и балконов, турецкие изгибы башенок и балканские ветровые окна. Он впитывал в себя все, что мог увидеть – булыжники мостовой с въевшимися за столетия следами колес, оконные ставни с коваными узорными петлями, тягучий звон колоколов, флаги на ветру, сам воздух Города. Он срастворялся с этим воздухом, чувствовал его вкус, запах, стихию. Он был воистину Король.
Вернувшись ранней ночью в свой кабинет, обычно заканчивал с делами и продолжал завязавшуюся с Ривендалом переписку. Конвертов было два, один предназначался Элронду, а адресата второго Снейп не назвал бы даже Гендальфу. Так получилось. Он не специально. Вежливость обязала его в одном из писем другу передать вежливое королевское слово Арвен – и в ответ получил небольшую записку, поразившую его витиеватостью почерка, глубиной мысли и легкой учтивостью тона. Твердыня пала, Снейп унизился до переписки с красивой женщиной.
Гендальф только усмехался в бороду.