Привет вам от обитательниц Последнего хоббитского приюта на Тол-Эрессеа!
Пока наши программеры борются с траблами, me с горя перевела вот
это. Ногами не бить и руками не махать!!!!!!
=============================
Апрель
Каждый год 25 марта сама Владычица Варда прибывает к берегам Тол-Эрессеа. Она стоит над водой в сиянии священного света, простирая руки в знак уважения и поклонения. И хотя Владычица чтит самого Единого, она слегка склоняет голову перед двумя фигурками, которые преклонили колена на берегу – перед Хранителями, Бильбо и Фродо.
Ты и твои сестры, и высокие дружелюбные эльфы вокруг вас прячут лица – сияние её невыразимо, от него выступают слёзы на глазах и плачет душа от одной мысли,что это она зажигала звёзды над Средиземьем…
Когда ты наконец осмеливаешься поднять глаза, её уже нет. Далеко на Западе, где в зените Мироздания в своей башне сидит Манвэ, бьётся пульс прекрасного неземного света. Тёплый ветер поднимается над морем, осушает твои слёзы, теребит твои волосы и веселит твоё сердце.
Каждый год эта встреча заставляет плакать Бильбо. Из всех нас только он один понимает всё величие того, что происходит, и его каждый раз потрясает встреча с Той, которую он чтил так долго. Он окружён почётом даже среди Владык Запада, и это не перестаёт удивлять и восхищать его. Он любит вспоминать слова нашего любимого Перегрина, сказанные им однажды, что хоббиты не могут долго жить на высотах. Мы простой народ, работаем ли мы на земле или чтим Хранителей на Тол Эрессеа.
Одна из твоих старших сестёр уходит домой вместе с Бильбо. Они входят в его домик. Скромный ужин давно готов и ждёт только, чтобы его разогрели. Она ужинает с ним, и они разговаривают до глубокой ночи. Потом она укладывает его в постель. Он засыпает прежде, чем слышит её «Спокойной ночи». Она дарит ему невинный поцелуй, тихонько открывает дверь в библиотеку и сидит там до рассвета, забывая обо всём среди его книг.
Ты остаёшься с Фродо. Твои сёстры и эльфы, которые были рядом, прощаются и исчезают один за другим. Твой повелитель такой же, как всегда после этой горькой и славной даты. Он замкнут, и к нему не пробиться. Тебе больно, потому что это день триумфа его благородства и жалости, его великой любви, которая отдала всё, что он имел, Средиземью. Но для него это и память об ужасе, позоре и тьме. Каждый год в этот день ты рядом с ним, ты даёшь ему свою любовь и утешение. И каждый год тьма, похоже, ранит его всё меньше.
Вы молча идёте рядом, и ты часто оборачиваешься, чтобы взглянуть на него. Священный свет владычицы сияет на его лице и внутри него. Ты бы испугалась, что в этом величии духа потеряла своего страстного возлюбленного и озорного друга – если бы не была с ним в этот день в прошлом году, и в позапрошлом, и ещё годом раньше. Каждый раз он возвращается из тьмы. Он исцелён. Он говорит, что начинает понимать своё место среди величия и ничтожества того чуда, которое зовётся Эа.
Ты улыбаешься ему, и боль внезапно сменяется радостью. Да, для тебя он величайший и прекраснейший среди детей Эру, благословение этого мира. Но он не позволит тебе долго жить на высотах. Он внезапно останавливает тебя. Ты потеряла счёт времени, пока шла рядом с ним, здесь это бывает так часто. К твоему удовольствию, он снова смотрит озорно и требовательно, здоровье, свежий воздух и желание вернули ему румянец. И раз он изменился, меняется и мир вокруг вас.
Холодный хрупкий март побеждён, и наступает ласковый апрель. Снег исчезает. Низкие тёмные мартовские тучи – никогда не знаешь, прольются ли они снегом, дождём или восхитительной смесью того и другого, которая запрёт вас дома и заставит тебя с Фродо лежать у огня и слушать, как стучат в окно капли ледяного дождя – эти тучи превратились в розоватые башни, окаймлённые мерцающим золотом.
Сначала ты удивлена, отчего здесь, среди загадок и чудес Тол-Эрессеа, даже облака пахнут весной. Потом ты опускаешь взгляд, отвечая на его желания, и замечаешь, что он привел тебя к зарослям сирени. Гроздья цветов наполняют мир сладким запахом.
Он хватает тебя за руку и увлекает вглубь сиреневого мира. Тёплый ветер ласкает тебя, все твои чувства. Этот сиреневый мир неожиданно вспыхивает белым и розовым тут и там, и тебе это нравится. Он устраивается под раскидистым сиреневым кустом, которое больше похоже на дерево, и увлекает тебя за собой. Даже листья здесь пахнут весной. Ты пьёшь аромат сирени и исчезаешь в сиреневой глубине его глаз. Ты чувствуешь его плоть рядом с твоей, и это возвращает тебя на землю. Его изувеченная рука, та которую он прижимал к груди в эти последние скорбные мартовские дни, сейчас скользит к вороту твоего платья и сжимает твоё плечо. Тебя вернули на землю, вы - двое смертных с земными чувствами и земными желаниями.
Перед тем, как ваши губы сомкнутся, он долго смотрит на тебя и беззвучно благодарит за твою любовь и верность, за то, что ты понимаешь его, когда он во власти тёмной бури, за твоё сострадание и простые хоббитские добродетели. Ты не можешь долго жить на высотах. Чистые глубокие радости духа уступают место земным радостям смертной плоти. Это тоже дары Илуватара. В мягком сиреневом свете весны ты воздаёшь им должное.