[Анна]

О сопротивлении

На стене у Фродо лицо человека, растираемого в порошок страшным психологическим нажимом, неимоверной механической мощью Кольца. Глубоко внутри он, такой стойкий, наверное, все же пытается сопротивляться, но снаружи сопротивление практически незаметно. Воробей, попавший в бетономешалку. Силы фантастически неравны.

Что, в общем, перед этим психологические игры Фарамира на Запретном Пруду несколько дней назад…

Фродо почти безумен и сознает только одно: он должен отдать Кольцо. Кольцо приказывает отдать его тому, кто перед ним. А он... он пытается устоять.

И когда они с Сэмом кувырком катятся с лестницы, воля Фродо освобождается – и упорное внутреннее сопротивление проявляется почти в тот же момент: Сэм еще не успел опомниться, а Фродо успел вынуть меч и держит его у горла врага. Его единственная мысль – даже в тисках Кольца, даже перед назгулом – о сопротивлении. Господи, как после этого можно говорить, что он слаб?..

Он не Сэма готов убить, он Сэма и не видит. Ну, как Фарамир не видит его самого, идя на зов Кольца…

Он еще полубезумен – если не почти безумен, но вот такой он, воля и чувство долга у него настолько сильны, что – даже безумный – он борется с тем, кто хочет отнять у него Кольцо.
Сэм просто заменил для него… назгула? Орка с когтистыми пальцами? Мы не узнаем, кого он видел на стене – и потом на месте Сэма.

Может, это и к лучшему. Вынести это было бы трудно.

И лицо у него опять пляшет по частям, как в пещере Хеннет-Аннуна… И слов, которые хрипло шепчет Сэм, он не слышит. Даже на имя Сэма не реагирует.

В себя его приводит… может быть, звук знакомого голоса. А может быть, потрясение и горе на лице Сэма?.. Что-то невербальное, во всяком случае. Не тот уровень погружения, чтобы реагировать на логические раздражители…

Он сидит у стены, и даже дышать ему больно.

Вот теперь можно радоваться победам. Вот теперь и ликование роханцев уместно, и Эовин обнимает выжившего в ночной битве Арагорна; и потрясает мечом Эомер, и белая пена разбивается о стены Ортханка, в котором поспешно скрывается побежденный Саруман. Теперь Сэм со слезами на глазах может говорить о том, что после тьмы сияние солнца кажется особенно ярким.

Но цену за это заплатил Фродо.

«What are we holding on to, Sam?»

Вряд ли его утешают высокие слова Сэма. Может быть, только то, что вот он, Сэм, все-таки рядом, последнее, что осталось от счастливого прошлого, от Шира… от жизни.
И Горлум, сидящий на корточках рядом, поднимает при этих словах голову. Он тоже хотел бы знать именно это. What are we holding on to.
Ответ Сэма для Фродо окажется недостаточным. А для Горлума – совершенно неубедительным.


С пяти шагов за всеми ними наблюдает Фарамир.