[Marya]

История Арагорна и Арвен,
обыкновенная и невероятная,

Предисловие.

1 Некто из племени Дунаданов пошел, и взял себе жену из того же племени.
2 Жена зачала и родила сына, и, видя, что он очень красив, скрывала его два года.
3 Но не могши долее скрывать его, взяла корзинку из тростника, и осмолила ее асфальтом и смолою; и положивши в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки.
4 А сама стала вдали наблюдать, что с ним будет.


Глава 1.

Однажды летним утром Арвен, дочке Элронда из Ривенделла, вздумалось пойти прогуляться к Бруиненскому броду. Бродя у реки, она внезапно услышала тихий писк, доносящийся из камышей. Любознательная принцесса смело подобрала подол платья, зашла в воду и обнаружила небольшую закрытую корзинку. Когда Арвен приоткрыла ее, на нее уставилась чумазая сероглазая рожица. Арвен взвизгнула от изумления, но корзинку не выронила, а отнесла в Ривенделл и показала папе, с требованием объяснить, что это такое.
Элронд приоткрыл крышку, заглянул внутрь, но тут же отдернул руку. Посасывая укушенный палец, он повернулся к Арвен и с глубоким чувством произнес: «Человек! Человеческий детеныш, смотри!»
- Здесь человеческий детеныш? – спросила Арвен. – Давай оставим его себе, папа! Я буду присматривать за ним, кормить его, водить гулять…
- Но, лапочка… - замялся Элронд. - Ты же знаешь, как они мало живут… Вспомни, как ты плакала в прошлый раз. И потом, человеку не место в Имладрисе.
- Но я хочу! – топнула ножкой Арвен. – И потом, он такой симпатичный, прямо как эльфийское дитя! - Она достала младенца из корзинки и продемонстрировала папе.
«Замуж бы тебе надо», подумал Элронд, но вслух, конечно же, ничего не сказал. Арвен тем временем щебетала:
- Папа, папа, смотри, что у него в пеленках!
Элронд был готов к любому неприятному сюрпризу, но когда Арвен с некоторым усилием извлекла из рук младенца перстень в форме двух змей, одна из которых выплевывала корзину с цветами, а другая пожирала, он вдруг понял, что дело принимает совершенно неожиданный оборот. Арвен тем временем порылась в пеленках еще.
- Смотри, тут меч в ножнах. Ой, он сломанный! А помнишь, когда я была еще маленькая, у нас тогда была целая семья этих человеков, и у них тоже был сломанный меч. Они им почему-то ужасно дорожили, даже не пускали никого чистить клетку, если меч не был хорошо спрятан. А потом их увезли... – сказала она грустно. – Ты еще сказал, что мальчик, Валандил, станет королем у себя в стране, и что ему понадобится этот меч.
Элронд помнил все это слишком хорошо. Так же хорошо он помнил, как в течении почти двух тысячелетий пытался избавиться от поколения за поколением небритых и немытых людей, каждый из которых с нудным постоянством демонстрировал ему все тот же сломанный меч в замусоленных ножнах, интересуясь, нельзя ли его перековать. До сих пор Элронду удавалось выкручиваться, отговариваясь разными наспех придуманными пророчествами. Теперь, похоже, проблема обратилась к нему новой стороной.

- Смотри, тут что-то написано! – щебетала Арвен. Буквы как будто наши, но язык непонятный, наверное, человеческий. Может, ты сможешь прочесть?
- Шрифт архаичный, а язык варварский, - сказал Элронд, чтобы выиграть время. Он прибрал кольцо и меч и унес их в глубину своих личных апартаментов.

Тем временем слухи о человеческом детеныше расходились по Ривенделлу. Когда Элронд вернулся, то Арвен окружала уже целая толпа гомонящих эльфов.
- Ой, какой хорошенький!
- А какая это порода?
- А где его родители?
- А где он будет жить?
- А что они едят?
- А какую песню ему лучше спеть, чтобы он заснул?
- Ой, он кусается!
- Вам придется немало потрудиться, госпожа Арвен, чтобы вывести его, так сказать, в люди! и так далее.
Но все перекрыл мрачный голос, принадлежавший красавцу Глорфиндэлу.
- Человеческий детеныш! – злобно прищурив глаза, прорычал он – Отдайте его мне! Я отнесу корзину обратно к реке, пока не случилось беды.
Элронд хотел было согласиться – тем паче, что кольцо и обломок меча уже мирно лежали в его сундуках, но Арвен сердито топнула ножкой, и в ее голосе зазвенели властные нотки ее бабушки:
- Нет, не отдам! Я оставлю его себе!
Элронд настороженно глянул на Глрфиндела, но тот уже смягчил голос:
– И не просто человеческий, а еще и дунаданский. Деточка, ты не представляешь себе, какими крупными они вырастают – тебе с ним будет просто не справится! Вот пра-пра-бабка твоя, Лутиэн – завела себе такого, а потом сама не знала, что с ним делать: он все время драться лез, убегал, так она пол-Белерианда обегала за ним, вызволяя из неприятностей!
- Это потому, что Лутиэн уже взрослого взяла – не унималась Арвен – а этот совсем маленький еще, я его буду с рук кормить, и учить всяким полезным штукам. Тогда он вырастет ласковым и добрым.
- Ласковым и добрым! – взорвался Глорфиндел – Вот и Тингол с Мелиан тоже так думали, когда Турина заводили. Не-ет, как человека ни корми – он все равно в лес смотрит. Помяни мое слово – сбежит он, и будет бродяжничать по лесам, или к своим прибьется в конце концов. И еще раз повторю тебе: он не просто человек, он дунадан. Они же почти с эльфов ростом вырастают! Если уж хочешь смертного завести – заводи себе хоббичка, одно удовольствие. Маленький, пухленький, мохнатый, только ест да спит – и никаких неприятностей. И ласковый и добрый.
Сгрудившиеся вокруг эльфы дружно возвели глаза к небу. Извращенная хоббитофилия Глорфиндела ни для кого не была секретом.
- Но это же неинтересно! – чуть не плача надулась Арвен. – А потом хоббичка мы тоже как-нибудь заведем. Лет через пятьдесят.
- Ты о королевстве подумай! – взвыл Глорфиндел - Человеку не место среди Эльдар! Вы, молодые и неопытные, послушайте ветерана Белериандских войн!..
- Эльфы – свободный народ, - прервал его неожиданно ужесточившимся тоном Элронд, - Поэтому они слушаются только Верховного Короля, а после гибели Гил-Гэлада как раз я-то им и являюсь, если кто забыл
Глорфиндел несколько смутился, но, не уловив опасности, продолжил с прежним энтузиазмом:
- Ни одно, заметьте, НИ ОДНО эльфийское королевство Древних Дней не пало без участия смертных! Я помню, хорошо помню, как этот выскочка Туор в золотых доспехах пришел в Гондолин, как он гордился собой, этот жалкий смертный. Я собственными глазами наблюдал, как блеск доспехов отца ослепил даже Идриль, дочь короля, и толкнул ее на бесславный мезальянс! Я, я, собственной персоной, прикрывал отход их и их сыночка, когда город был сдан Морготу… И именно я, да, я…
- Хватит! – перебил его Элронд. По его голосу Глорфиндэл сразу понял, что ляпнул что-то не то, а когда понял, что именно он ляпнул, то ему сразу представилась незавидная будущность. Элронд не любил упоминаний о своем происхождении, но что будет с Глорфиндэлом за ТАКОЕ упоминание, эльфы боялись даже представить. Толпа стала незаметно, но быстро редеть.
- Ну… Хозяин, ты ж понимаешь, старые раны… В прошлой жизни было… – заискивающе начал было Глорфиндэл, но его битва была в очередной раз проиграна. Арвен тихонько ухмыльнулась победе.
- Молчать! – произнес Элронд. – Судьбу детеныша решит Совет Элронда.
Арвен надула губки, но промолчала, зная, что когда папу задели за происхождение, лучше помалкивать.