[Wayseeker]

А теперь - очередная попытка поспорить с оппонентом, который принципиально не отвечает на контрдоводы. Поэтому будем считать, что по тем утверждениям, по которым не поступит возражений, оппонент признал своё поражение.

Первоначальное сообщение от Katherine Kinn

Так вот, жить мы можем только оценивая весь мир с точки зрения антропоцентризма. То, что не дано нам в опыте и рассуждении, для нас не существует. То. что мы не можем воразить и смоделировать - тоже.

"Мы" как индивидуумы можем оценивать мир с точки зрения эгоцентризма.
"Мы" как некое общество - с точки зрения социоцентризма, так сказать.
"Мы" как человечество в целом - уже с точки зрения антропоцентризма.

Вы за всё человечество рассуждаете?

Таким образом, мы можем и должны выносить суждения, считая их правильными, и действовать в соответствии с ними.

Если Вы всё-таки рассуждаете за всё человечество, то Вы неправы. Я лично Вам ничего не должен. И далеко не всегда действую в соответствии с суждениями. И надеюсь, что когда-нибудь смогу вообще без них обойтись.

Когда человек говорит, что воровать плохо, он тем самым утверждает, что если сворует - то поступит плохо. И отрезает себе путь к воровству. теоретически, конечно, потому что физически вполне может украсть.

Если единственное, что удерживает человека от воровства, это его собственные однажды произнесённые слова, то они его не удержат.

Когда чедловек говорит. что нацисты по-своему были правы, в своей, нацистской системе координат, по вопроу об унтерменшах и юберменшах, то он там самым оставляет себе лазейку, которая даст ему возможность не подвергать себя опасности при столкновении с нацистской правотой в действии.

Когда человек делает такие выводы, то у него либо проблемы с логикой, либо проблемы с пониманием собеседника. Либо он сознательно передёргивает. Имелось в виду, что изнутри этой системы координат убеждения нациста разрушить невозможно. Примерно как невозможно молекулам воздуха собраться в одной половине комнаты.

Есть мораль более правильная и менее правильная, есть хорошая, а есть плохая. Мораль, позволяющая приносить младенцев в жертву Молоху, имеет заведомый изъян по сравнению с моралью, запрещающей жертвовать младенцами.

А если это чужие младенцы?
А если их убивают не жрецы, а сам Бог?
А если он это делает во имя интересов избранного народа?

А если высший церковный иерарх даёт отпущение грехов тем, кто ведёт завоевательные войны во имя политических целей, прикрытых религиозными лозунгами?