[Анна]

Rika, совершенно согласна. И не только власть Арагорну он не смог бы передать, он и от Кольца не смог бы отказаться. Наверное, все-таки не смог бы. Это как раз то, о чем я пыталась говорить: когда-то он мечтал быть «благородным королем древности», но грязная действительность политики и власть его, конечно, деформировали почти до неузнаваемости. Подсознательно он желает быть таким и сейчас – но никогда уже, видимо, себя не преодолел бы, даже если бы и возможность представилась…

А Фарамир… Знаешь, наверное, его счастье – что не он был наследником. Властолюбие ему, в отличие от Боромира, не «прививали» с детства, а теперь, во взрослом состоянии, он слишком умный и тонкий человек, чтобы не понять, что власти ему не надо – да, собственно, он к ней и не приспособлен.

Мне в связи с этим всегда было интересно: объявил ли его наследником Денэтор после гибели Боромира? Или это как-то осталось в подвешенном состоянии? Потому что Денэтор тоже умный и тонкий, к тому же обладает колоссальным опытом, не мог он не понимать, что младший сын не просто власти не хочет – он бы взялся и честно тянул, не желая того, - но к власти еще и не готов…

С другой стороны, когда все трещит по швам, может быть, это уже и не было так важно…

Hebe, да, конечно, явное зеркало, только Денэтор, боюсь, при всей его цивилизованности окажется не на высоте «варварского» Теодена…
Между прочим, когда Эомер привозит в Эдорас умирающего Теодреда, это прямая цитата из книги – только из третьей, когда Имрахиль привозит в Минас-Тирит умирающего Фарамира…

Cath! Ты меня пугаешь. Слово «прелесть» знаешь с чем ассоциируется?!. Шучу, конечно. И я помню все, что обещала тебе сделать – обязательно сделаю, кровь из носу, надо все закончить до 22 июня, в самый длинный день переезжаю на дачу и дальше буду появляться только изредка…

Manticore, все остальное - только имхи против имх, а логически хочу возразить только по последнему пункту. Вряд ли все-таки волшебник-майя мог поехать крышей только от одного желания получить Кольцо, которое от него было довольно далеко. Даже Гэндальф в книге, узнав о Палантире (там это – лишь после взятия Изенгарда) говорит, что теперь для него предательство Сарумана стало яснее. Там вроде бы звучали слова типа «улещивал, соблазнял и запугивал», если не ошибаюсь.

Кстати, Саурон тоже был не «чистой злой волей», а большим мастером соблазна. Ну, хотя бы, как он действовал в Нуменоре, если вспомнить… А Кольцо, когда не могло соблазнить, по фильму - начинало работать "чистой злой волей". Ярче всего это видно, когда оно тащит Фродо на стену в Осгилиате пред черный капюшон назгула...