[Lady Vaako]

– Ну что, пошли? – спросила Вероника. Когда я взглянула ей в глаза, то вздрогнула. Ее зрачки вытянулись вертикально, как у кошки, и загорелись зеленым огнем. Мы взяли друг друга за руки и шагнули в пещеру.
Это было что-то с чем-то! Как будто мы брели в темной комнате со скользким паркетом. Глаза ничего не видели, ноги постоянно скользили. Не было никаких звуков, кроме нашего дыхания. Абсолютная Тьма и абсолютная тишина. А так, ничего особенного в ней не было. Ни зловещего топота, ни демонического хохота. Мы нигде не спотыкались, никуда не проваливались.
Я потеряла счет времени, но довольно быстро впереди замаячил тусклый свет. Мы вышли в просторную большую пещеру. Все вокруг было залито бледно-зеленым сиянием, непонятно откуда исходившем. А нам навстречу уже выходил классический черт с шикарными бакенбардами. Еще один старый знакомый. Поручик Брумель. Или его уже повысили в должности? Впрочем неважно.

Мы сидели за столом в палатке Брумеля в лагере чертей. Он внимательно выслушал, чего мы тут хотим, и сказал:
– Ландграф, вы сошли с ума.
– Я знаю, - отмахнулся тот. Но думаю, что Люцифер хотя бы выслушает нас. После того, что мы устроили ему… Как его грудь? – невинно поинтересовался Скиминок.
– У него до сих пор шрам. Но вы правы, милорд. Вообще-то после той битвы, Люци зарекся охотится на живых ландграфов и их детей. Все еще ищет преемника Ризенкампфу.
– Ну что ж… Флаг ему в руки, как говорится. Но вы сами точно ничего не знаете об этих камнях?
Брумель задумчиво почесал рог и помахал хвостом.
– Я не уверен, что и Люци знает, где это. Его предшественник охотился за этими камнями, и вроде бы даже нашел место. Туда послали разведчиков, но не один до их пор не вернулся. Возможно, остались записи, документы, карты. Кстати, вам крупно повезло, милорд, что об этих камнях не знал род Ризенкампфов. Иначе бы вы бегали за ним по всем мирам.
Единственное, что мне доподлинно известно, что это где-то на границе обитания Голубых Гиен и морских Валькирий.
– Как, - удивился ландграф, - разве их владения граничат? Валькирии не живут на суше, Гиены никогда не выходят в море. Валькирии даже не плавают там, где живут Гиены. Где же их совместная граница? И потом, они постоянно воюют.
– Я не знаю, милорд. Это строки из древнего пророчества, они как всегда туманны, но речь идет именно о Валькириях и именно о Гиенах. Почему бы вам не спросить у Люци? Я думаю, он с радостью расскажет вам все. Он вас теперь боится, милорд…
После обеда и отдыха мы пошли дальше. Вероника была непривычно задумчива и тихо грызла яблоко. Вскоре мы пришли.
Перед нами были кованые двери с изображением шестиконечной звезды. Стражников там было аж четверо. Скиминок нахмурился, вытащил меч и вышел к стражникам. Они взглянули на него с недоумением, потом, видимо узнали. Множество чертей еще не забыли его прошлого появления здесь. Один тихо хлюпнул носом и пропищал:
– Скиминок… Я … пойду… доложу о вашем приходе…
Черт попятился к дверям и открыл их. Остальные стояли как истуканы. Сквозь узенький тоннель мы прошли абсолютно беспрепятственно.
Впечатляющих размеров шестиугольное помещение было тронным залом Люцифера, Владыки Ада в этом мире. Изукрашенные золотым своды уходили так высоко, что потолка не было видно. Отполированный до блеска зеркальный пол. Уродливые барельефы на стенах, а посреди зала трон. Рядом с троном стояли треножники, покрытые непонятными письменами и горевшие зеленым пламенем. На троне мы узрели развалившегося в фривольной позе самого Люцифера. Огромный рост, накачанная мускулатура, огромные рога, римский нос, высокие брови, горящие голубые глаза с вертикальными зрачками, пальцы унизаны перстнями.
Насколько я помню, в прошлый раз он встречал ландграфа по пояс голым, но теперь его торс был закутан плащом.
Он недоуменно посмотрел на нас, потом узнал ландграфа и задрожал… Стены подземного зала потряс рев:
– Скиминок!!!