[Анна]

9. Ночь в Итилиене и день в Итилиене...

Вот что любопытно: мягко, ненавязчиво, но очень определенно Джексон дает нам понять: в только что закончившемся на резкой ноте споре Фродо и Сэма – где оба, в общем, остались при своем мнении – прав однозначно Фродо.

Если после разговора на болотах и «возвращения имени» Горлум немедленно спасает ситуацию и хоббитов от назгула, то в сцене «Ночь. Развалины где-то в Итилиене» он поднимается чуть ли не до шекспировской битвы с самим собой.

Которую и выигрывает – пользуясь методами Фродо…

Собственно, на что давит Горлум в этом самодиалоге? Грязный ты. Мерзкий. Никто тебя не любит. Нет у тебя друзей. И – как завершающее – убийца. И Смеагорл, пытающийся не слушать, пытающийся отрицать - только беспомощно плачет. Ему нечего возразить.

Только, оказывается, надо вовсе не возражать.

По-моему, он впервые за много (жуть берет, как подумать – сколько!) лет не пытается обманывать себя, закрываться от безжалостного зеркала – Горлума; но смиряется и соглашается с тем, что он действительно грешен. И даже страшно грешен.

Вот только, оказывается, даже тогда надежда для него все равно есть.

Фродо.

Он называет Фродо хозяином – но Фродо Джексона, не умеющий быть господином, с Горлумом, как и с Сэмом, в общем-то, ведет себя скорее как друг. Он не опускается до уровня Горлума – он поднимает Горлума до своего уровня.

Фродо возвращает ему имя и пытается вернуть ему достоинство.

Что, в общем, подразумевает несчастный Смеагорл, прогоняя Горлума словами: «Master looks after us now»? Что у него есть теперь другие ценности. Иная система защиты от самого себя. Даже самый грязный, мерзкий, нелюбимый никем, даже убийца – может быть прощен. Ему можно доверить свою жизнь. Он может хотя бы попытаться подняться наверх, к свету.

Поэтому – «We don't need you».

Он смешон и жалок, со своими паучьими конечностями, прыгающий по полу кругами, мало похожий на человека, визжащий: «Gone, gone, gone, Smeagol is free!». Но все-таки жалок, наверное, больше, чем смешон.

Он твердо решил быть хорошим. Вот только не знает – как.

То, как он приносит и бросает кроликов Фродо на колени, напоминает мне – очень личная имха, конечно – как мой замечательный негодяй кот на даче упорно подкладывал мне утром на коврик возле кровати задушенных крыс. Иногда штуки по три. И у меня просто рука не поднималась задать ему трепку. Ну, каждый радует любимых как умеет. Я так понимаю ситуацию…

Фродо пытается сделать радостное лицо. Как я его понимаю. Когда кот после крыс вертелся рядом и лез целоваться, я тоже, видимо, старалась изобразить на физии что-нибудь похоже благодарное. И тошнило примерно так же – и как дыхание задерживать приходилось, я тоже отлично помню…

Сэм кривится, и не пытаясь ничего изобразить. Несмотря на брошенный на него отчаянно-просительный взгляд Фродо: смотри, он правда пытается быть хорошим, ну будь же к нему чуть добрее… Но потом не выдерживает – что бы там ни было, он никогда не бросал Фродо в беде, не бросит и теперь. Даже если вся беда в данном случае – кролик, от которого живописно, но крайне неаппетитно отдирает кровавую пленку Горлум.

(Хорошие у него зубки, кстати, отличный задел на будущее откусывание пальца… )

Так что Сэм спасает бедного Фродо от расставания с завтраком, решительно отнимая кроликов у Горлума и затевая чуть ли не урок кулинарии.

Так, а вот тут ситуация начинает что-то очень сильно напоминать. По-моему, еще одно – и весьма ироничное – джексоновское зеркало. Ну, как в той поговорке: все в истории случается дважды, первый раз – как трагедия, второй раз – как фарс.

Мораннон мне вспоминается. Там Горлум отобрал у Сэма звездный миг – бросок вслед за Фродо на верную смерть. Здесь Сэм отбирает у Горлума вкусных сочных трусиков, преподнесенных единственному за века другу – Фродо, и усугубляет ситуацию – мало того, что тушит мясо, так еще и травками всякими терзает…

Так что Горлум верещит и плюется не просто так, а в гневном бессилии. И в его отношении к Сэму – имхо – в этот момент проявляются и ревность, и отвращение – и, наконец, откровенная, хотя и жалкая, ненависть.

Это при том, что Сэм как раз очень старается с Горлумом быть помягче. Может, после разговора на речке все же выводы сделал. Может, взгляд Фродо помог… Он ведь, в общем, из тех людей, которые – как там у Толстого – отличаются умом сердца, а не разума. И с сердцем у него никогда ничего тормозного не приключается.

Смешная сцена – но и горькая тоже, и много нехорошего обещающая на будущее.

И контрапунктом к пререканиям у костерка идет зловещая перекличка птиц в тишине –упорно не дающая покоя Фродо. Сигналы гондорцев. Знаки близкой битвы.

Предвестники близкого плена.