Elentariel
Каждый народ пытался отсрочить битву. Также, каждый народ был на разном расстоянии от Ангбанда, следовательно - кто-то ощущал себя в большей безопасности, кто-то, соответственно, в меньшей. А когда у народа существовал такой щит как Завеса Мелиан, то речи о войне вообще быть не могло. Маэрос, Пока эльфы (да и любая другая раса) были в безопасности, они воевать не желали.
Таким образом, каждый искал всё той же выгоды.
Цитата:
|
объединиться…гномам и людям - чтобы вместе противостоять врагу.
|
Ответ тот же: гномы надеялись, что их подземные чертоги не пропустят врага. Зачем им идти и погибать ради людей?
Я не защищаю такую политику, просто всё очень закономерно.
А вообще, вот цитата из Сильма (глава 20. О ПЯТОЙ БИТВЕ: НИРНАЕТ АРНОЕДИНАД)
В те дни Маэдрос воспрянул сердцем, почувствовав, что Моргот вовсе не
неуязвим, потому что подвиги Берена и Лютиен воспевались во многих песнях
по всему Белерианду. Однако Моргот уничтожил бы всех своих противников,
если бы им не удалось вновь объединиться и образовать новый совет. И
Маэдрос создал такой совет, чтобы возвысить судьбу Эльдара, и совет был
назван Союзом Маэдроса.
Однако клятва Феанора и злые его деяния повредили замыслам Маэдроса,
и он получил помощь меньшую, чем было нужно. Ородрет из-за поступков
Колегорма и Куруфина не стал бы поддерживать никого из сыновей Феанора, к
тому же эльфы Нарготронда все еще надеялись защитить свою скрытую
крепость, сохраняя секретность. Оттуда пришел лишь небольшой отряд во
главе с Гвиндором, сыном Гуилина, известным своей доблестью князем. Он
против воли Ородрета отправился принять участие в северной войне, потому
что скорбел об утраченном брате Гальмире. Они носили эмблему дома
Фингольфина и маршировали под знаменами Фингона, и никто из них не
вернулся обратно, кроме одного.
Из Дориата пришло мало помощи, потому что Маэдрос и его братья перед
этим отправили Тинголу послание, напомнив ему о притязаниях вернуть
Сильмариль, либо стать врагом.