Я вообще-то логик. И рисуется мне такая цепочка причинно-следственных связей.
Арда с самого начала была искажена, когда в Песню Айнуров врезался Диссонанс Мелькора. но Песня прозвучала до конца. Потому и в силах Намо предвидеть будущее - то, что предпето. Предвидеть же можно лишь неизменное. Значит, события запрограммированы. Сделал Эру хорошую программу, велел айнур расписать ее, а охломон и вредитель Мелькор насовал вирусов.
Не надо полагать, что запрограммирован каждый поступок в тонкостях. Нет, задано именно Искажение: люфт между целью и инструментом ее осуществления. Феанаро с ребятами и друзьями хотел отобрать у Моргота Сильмариллы и вообще накостылять ему за все хорошее. Даже - удалить из Арды как источник Искажения. Цель вполне одобряемая. Но Искажение повлияло на средства - отсюда формула клятвы, Альквалондэ, Лосгар и остальное. Свобода воли как раз вписывается в этот люфт. Но она формулируется не по-детсадовски: добрый или злой. Мера Искажения, видимо, прямо пропорциональна приложенным усилиям. Сверхпорыв Феанаро - и сражение со своими. Самопожертвование Финрода - и увлеченные на гибель десять дружинников...
Отсюда можно попытаться вывести и сущность Мандоса.
Преодоление Искажения не скопом, как было с Нуменором (хотя тут тоже думать еще долго надо, что там было), а внутри fear. Так сказать, работает антивирусник, устраняющий воздействие морготовых всовов в общую программу.
Получается, что Намо вовсе не судья, как полагают многие, вдохновленные идеей конца света, а диагност. Недаром имя его правильнее перевести как Сущий (от "НА-" "быть, располагать"). Сидит, прозревая видением айну Искажение в каждом новоприбывшем, и определяет, сколько ему следует над собой поразмыслить, чтоб восстановиться. Разве в Мандосе пребывают лишь те, кто совершил что-то плохое по мнению современников или живших после? Все туда попадают. Даже павшие жертвами орочьей стрелы из-за угла. Даже сожранные тварями дети. Ведь боль и страх - тоже Искажение, которое надо преодолеть внутри себя.
Вот, только, неясно, как. Забывать эльфы не умеют. Привыкнуть к памяти о страданиях или переосмыслить их как просто часть биографии? Кто ответит?
