[Анна]

8. Речка в Итилиене

Разговор начинает Фродо, и довольно резко. Замечание к сведению, как в горах – что не надо жаловаться. Только уже не такое тактичное и деликатное, а именно замечание старшего младшему – почему ты, собственно, себя так ведешь?

Для Фродо неправильность поведения Сэма настолько ясна, что он даже теряется, обнаружив, что для Сэма-то как раз кристально ясна правильность собственного поведения. Это, собственно, и есть глубоко нелюбимая мною драка на имхах. Ты видишь одно – я при тех же самых данных вижу другое. А почему? – Потому… А чего объяснять? Все же и так ясно.

Сэм тоже растерян, увидев, что Фродо вывел из ситуации что-то совершенно другое. Но он честно пытается сформулировать. Он же Вонючка. Предатель и лжец. Одно только Кольцо на уме. Мерзкий, склизский, противный…

Кстати, все ведь правильно. И вообще, в кресле перед телевизором понимать точку зрения Фродо удобно и приятно. Вот там, по дороге, где от Горлума воняет, где постоянно в напряжении ждешь, что он предаст и обманет, а то и кусок от тебя во сне отгрызет – там поиски всех этих душевных глубин начинают казаться несколько… эээ… непрактичными, что ли…

Фродо тоже пытается объяснить, правда, не так рассудительно и назидательно. Для него, в отличие от Сэма, Горлум – очень больной вопрос, потому что если спасение Горлума действительно возможно, то, может быть, есть надежда еще и для него самого. Так что он на повышенных тонах обрывает Сэма: да что ты вообще об этом знаешь… Сразу же уходит, смотрит на Горлума с ужасной тоской и говорит, стараясь быть спокойным, стараясь все-таки что-то объяснить: «I want to help him Sam».

«Why?» Сэма звучит как «Чего? А вам это зачем сдалось?» Действительно, не было бабе забот – еще каждому Горлуму помогать… Да и видок у Горлума при этом на камешках – мерссский.

Драка точек зрения. Они смотрят на одного и того же жалкого и противного Горлума, и видят разное. Сэм видит мерзость, причем опасную, которую он едва терпит, потому что она может быть полезной – и то до времени.

Фродо видит себя. Ему очень тяжело дается фраза «Because I have to believe he could come back». Может быть, он впервые признается себе в том, что видит в Горлуме свое возможное будущее. Свое настоящее отражение. Он боится, и ему очень горько.

Но умный и заботливый Сэм, конечно, знает все лучше. И рассудительно поправляет Фродо с точки зрения здравого смысла.

Вот только здравого смысла Фродо еще и не хватало – какой уж здравый смысл там, где только отчаянная надежда. Он уже на грани срыва – да и Кольцо потихоньку подбирает к нему ключики, - и он почти кричит. Да как ты вообще смеешь лезть туда, где ничего не понимаешь?

Пока он еще может взять себя в руки. Загнать обиду внутрь. Сказать себе: нет, дело не в Сэме. Дело во мне. Это сорвался я. Это я плохо объяснил. Он обязательно поймет – со временем. Хотя чувства и разумные объяснения у Фродо уже явно не в ладу.
«I'm sorry Sam. I don't know why I said that».

Но Сэм тоже обиделся. И очень. После всего, что было, после Мораннона – и на него просто наорали. И из-за чего… И из-за кого…

Раньше он доверил бы самому Фродо разбираться с нарастающей тьмой. Сейчас он считает, что просто обязан вмешаться. Он еще не понимает, что лучше всего может сползание Фродо в тьму предотвратить, ничего не говоря, просто находясь рядом, напоминая о Шире, просто даря Фродо ощущение поддержки и понимания - и хватая за руку время от времени.

А потом, он, конечно, ревнует. Причем оскорблен, что вынужден ревновать к Горлуму. Это какое унижение - ревновать к Горлуму! И вообще, раньше Фродо серьезно и заботливо относился к любой проблеме Сэма, а тут у Сэма такой кризис, а он отвернулся совершенно и глядит совсем в другую сторону. И на кого! На Горлума! Кошмар…

С другой стороны, вы-то, в общем, не виноваты, мистер Фродо. Это Кольцо. Вы, мистер Фродо, видимо, недостаточно хорошо понимаете, что оно с вами делает. И я сейчас вам это разъясню.

Он тоже пытается загнать обиду внутрь. Найти оправдание для Фродо. Он говорит с любовью, скорбью и заботой – вот только Фродо, по-моему, слышит не столько присутствие любви и заботы, сколько отсутствие понимания. И доверия.

Сэм даже не понимает, как больно он делает Фродо. Мистер Фродо – вы должны бороться. А что он делает все время пути, от самого Шира? Что знает Сэм о том, как боролся Фродо с Кольцом в Бри или на Заверти, как он боролся с раной от клинка назгула, с самим собой на Совете Элронда, со страхом, отчаянием, одиночеством во время долгого пути на юг? Для него само существование теперь неотделимо от борьбы, причем – безнадежной, потому что давление Кольца все растет, а силы Фродо слабеют. И конечны они, эти силы… И, увидев Горлума, он особенно хорошо осознал, насколько любые силы по сравнению с Кольцом – конечны…

Он окончательно срывается на крик – и уходит, не оборачиваясь. И в спину ему летит последний увесистый камушек от Сэма. Да вы вообще знаете, на кого вы сейчас похожи? Да вы на Горлума похожи, знаете ли…

Он вздрагивает, но не оборачивается. Он знает. Он знал раньше Сэма, еще на болотах, на кого становится похож и куда идет. Но ему ужасно больно, что это знает не только он. Если это видно уже и внешне - значит, ему не удается себя победить. Еще один шаг к Горлуму. Еще один шаг к одиночеству и отчаянию.


9. Ночь в Итилиене и день в Итилиене...

Вот что любопытно: мягко, ненавязчиво, но очень определенно Джексон дает нам понять: в только что закончившемся на резкой ноте споре Фродо и Сэма – где оба, в общем, остались при своем мнении – прав однозначно Фродо.

Если после разговора на болотах и «возвращения имени» Горлум немедленно спасает ситуацию и хоббитов от назгула, то в сцене «Ночь. Развалины где-то в Итилиене» он поднимается чуть ли не до шекспировской битвы с самим собой.

Собственно, на что давит Горлум в этом самодиалоге? Грязный ты. Мерзкий. Никто тебя не любит. Нет у тебя друзей. И – как завершающее – убийца. И Смеагорл, пытающийся не слушать, пытающийся отрицать - только беспомощно плачет. Ему нечего возразить.

Только, оказывается, надо вовсе не возражать. По-моему, он впервые за много (жуть берет, как подумать – сколько!) лет не пытается обманывать себя, закрываться от безжалостного зеркала – Горлума; но смиряется и соглашается с тем, что он действительно грешен. И даже страшно грешен. Вот только, оказывается, даже тогда надежда для него все равно есть.

Он называет Фродо хозяином – но Фродо Джексона, не умеющий быть господином, с Горлумом, как и с Сэмом, в общем-то, ведет себя скорее как друг. Он не опускается до уровня Горлума – он поднимает Горлума до своего уровня.

Фродо возвращает ему имя и пытается вернуть ему достоинство.

Что, в общем, подразумевает несчастный Смеагорл, прогоняя Горлума словами: «Master looks after us now»? Что у него есть теперь другие ценности. Иная система защиты от самого себя. Даже самый грязный, мерзкий, нелюбимый никем, даже убийца – может быть прощен. Ему можно доверить свою жизнь. Он может хотя бы попытаться подняться наверх, к свету. Поэтому – «We don't need you».

Он смешон и жалок, со своими паучьими конечностями, прыгающий по полу кругами, мало похожий на человека, визжащий: «Gone, gone, gone, Smeagol is free!». Но все-таки жалок, наверное, больше, чем смешон.

Он твердо решил быть хорошим. Вот только не знает – как. То, как он приносит и бросает кроликов Фродо на колени, напоминает мне – очень личная имха, конечно – как мой замечательный негодяй кот на даче упорно подкладывал мне утром на коврик возле кровати задушенных крыс. Иногда штуки по три. И у меня просто рука не поднималась задать ему трепку. Ну, каждый радует любимых как умеет …

Сэм кривится, несмотря на брошенный на него отчаянно-просительный взгляд Фродо: смотри, он правда пытается быть хорошим, ну будь же к нему чуть добрее… Но потом не выдерживает – что бы там ни было, он никогда не бросал Фродо в беде, не бросит и теперь. Даже если вся беда в данном случае – кролик, от которого живописно, но крайне неаппетитно отдирает кровавую пленку Горлум. Так что Сэм спасает бедного Фродо от расставания с завтраком, решительно отнимая кроликов у Горлума и затевая чуть ли не урок кулинарии.

Так, а вот тут ситуация начинает что-то очень сильно напоминать. По-моему, еще одно – и весьма ироничное – джексоновское зеркало. Ну, как в той поговорке: все в истории случается дважды, первый раз – как трагедия, второй раз – как фарс.

У Мораннона Горлум отобрал у Сэма звездный миг – бросок вслед за Фродо на верную смерть. Здесь Сэм отбирает у Горлума вкусных сочных трусиков, преподнесенных единственному за века другу – Фродо, и усугубляет ситуацию – мало того, что тушит мясо, так еще и травками всякими терзает…

Так что Горлум верещит и плюется не просто так, а в гневном бессилии. И в его отношении к Сэму – имхо – в этот момент проявляются и ревность, и отвращение – и, наконец, откровенная, хотя и жалкая, ненависть.

Это при том, что Сэм как раз очень старается с Горлумом быть помягче. Может, после разговора на речке все же выводы сделал. Может, взгляд Фродо помог… Он ведь, в общем, из тех людей, которые – как там у Толстого – отличаются умом сердца, а не разума. И с сердцем у него никогда ничего тормозного не приключается.

Смешная сцена – но и горькая тоже, и много нехорошего обещающая на будущее.

И контрапунктом к пререканиям у костерка идет зловещая перекличка птиц в тишине – упорно не дающая покоя Фродо. Сигналы гондорцев. Знаки близкой битвы. Предвестники близкого плена.