[Lenor]

ГЛАВА 4. ПОСЛЕ



- Знаете, вы во сне орали что-то много, - сказал «Х».

От неожиданности Нахвиен чуть не подпрыгнула. Первым делом она проверила, не связана ли, потом осмотрела всю себя и с радостью заметила ,что расклеивать плакаты не собирается.

- Что я кричала? – хриплым голосом спросила она. Нахвиен только сейчас поняла, что у неё болит голова.

- Что-то вроде : «Уберите их от меня». Да так пронзительно. Всех моих попугаев разбудили.

Потихоньку бабушка Голлума стала осознавать, где находится. Она лежала в спальне с окном ,выходящим в садик, а вокруг орали птицы. «Попка дурак!», «Опять нажрался!», «Пиво – это хорошо!», «Обкурись и живи весело!» - далеко не всё ,что орали попугаи, перебивая друг друга.

«Ах, так это был сон!», - с радостью подумала бабушка. Но вдруг ей стало грустно. «А всё-таки жаль, что Глюка не существует…»

- Ну так что же? – не унимался «Х».

- А где у вас можно умыться?

- В саду есть пруд. Видите во-он то дерево?

Сама удивляясь своей поспешности, Нахвиен выпрыгнула из окна. Она споткнулась, но быстро поднялась и вздрогнула. Её обдавало холодным осенним ветром, а обнажённые деревья полукругом ограждали пруд. Всё ещё чувствуя сонливость, Нахвиен нехотя опустила руки в холодную воду, умыла лицо. Она посмотрела вокруг в поисках чем бы вытереть его ,сорвала пожухшую траву и вытерла лицо. И тут к её великой радости появился Глюк.

- Да, то был сон, - повторил он, глядя на неё, как на свою дочь.

Бабушка Голлума хотела ещё что-то спросить, но Глюк исчез. И тут её озарило. Не случайно она оказалась у «Х». Это действительно должно было изменить её жизнь. Нахвиен поняла, что времена «прогулок» по копейкам закончились. Она поняла, что теперь настало время для серьёзной работы. Не предупредив «Х», бабушка выбежала из сада и навсегда покинула эту территорию.



ГЛАВА 5. ПОЛНЫЙ БРЕД



Она бежала до последнего дыхания, пока не очнулась. «Кто? Зачем? Почему?» - мелькало в голове у Нахвиен. «Изменить, изменить к лучшему». Но что? На этот вопрос ответ бабушка Голлума ещё не нашла.

«Уйти от мира сего в леса, охотиться, быть отшельницей.» Она уже было решилась пойти на это, но… «Я же ничего не изменю к лучшему, я просто замкнусь, я не готова…» Вокруг неё были высокие деревья. Нахвиен в отчаянии металась между стволами сосен. Ей почему-то стало так страшно. «Что же делать? Зачем, зачем я убежала? Да будь ты проклят ,Глюк!» - воскликнула бабушка Голлума, но осеклась. Только сейчас Нахвиен поняла, что Глюк был ей самым дорогим человеком в этом мире. Схватившись за голову, она кинулась напрямик через лес, но в спешке не заметила дерево, гордо стоящее у неё на пути. Не успев вовремя остановиться, Нахвиен врезалась в сосну.



Было раннее утро. Она смотрела в окошко домика и видела прекрасный зелёный луг на фоне синего безоблачного неба. Подошла её мать и ,ласково погладив по голове ,шепнула: «Проснись.» Через мгновение, всё смешалось и на фоне пустыни с увядшими колючками появился Глюк.

- Зачем, зачем ты меня прокляла? – в его голосе слышалась нота тревоги.



Очнувшись, бабушка Голлума опять почувствовала головную боль. Приложив руку ко лбу, она поняла, что расшибла его. «Ещё этого не хватало!»

Нахвиен сидела ,прижавшись спиной к дереву и подняв глаза высоко в небо. Она думала, она взывала, она молила…

Кричать не было никакого смысла. Нахвиен забрела в глушь, и ни одна бы тварь не помогла ей. Бабушка Голлума притихла. Теперь-то она понимала, что умрёт. Да, она умрёт от голода, холода, или ещё какие-нибудь существа её съедят. Неожиданно Нахвиен стало жалко саму себя, и она заплакала.



Но не все существа в этом лесу были злыми. Тут всё-таки осталась та «тварь», которая поможет бабушке. И тварью этой был «Ы» ,ещё один предок схватней. Он взял на себя должность местного «Ридден Хима», чья шайка действовала в разных частях Средиземья. Деятельность их была не совсем хорошей – они останавливали путников, привязывали их к деревьям и пели матерные частушки.

«Ы» прыгнул с дерева прямо на Нахвиен. Она растерялась, и от неожиданности, свалившейся ей буквально на голову, стала колотить «Ы» изо всех сил. Он вскрикнул, и Нахвиен очнулась.