[Katren]

Утро выдалось солнечным. Нас разбудили рано по утру, пока солнце еще только вставало на восходе, окрашивая землю медово-золотыми лучами и пробуждая каждого человека и каждое животное, дабы начать новый день. Я быстро оделась и пока Хельга складывала приготовленную еду в сумку, а Айлинель и Талион завтракали на скорую руку, пошла в конюшню готовить лошадей. Лошади были неспокойны, но никто, даже Лореаран ничего не хотели мне говорить. Сначала я подумала, что лишилась дара понимать животных, ибо было слышно только ржание. Потом я вплотную приблизилась к своему вороному коню и заглянула в глаза и спросила, что случилось. Нехотя, Лореаран ответил:
- Розго и Ваданна – лошади Фарамира и Арагорна, они нервничают, скорее всего из-за своих хозяев.
- Что такое?
- Не знаю, поговори с ними, - ответил благородный конь.
Две лошади, очень похожие, отличающиеся только по цвету гривы – желтая и черная, неспокойно били копытами и фыркали. Розго отказывался разговаривать вообще, а Ваданна, немного успокоившись, согласилась поговорить.
- Почему вы так нервничаете? Из-за того, что ваши хозяева исчезли?
- И да, и нет. Мы знаем, что они живы, что с ними все нормально, нам одиноко, нам плохо, но мы не беспокоимся за их жизни.
- Вы так чувствуете своих хозяев? – удивилась я.
- Естественно. – вмешался Лореаран, - я тоже тебя чувствую. Когда ты была в замке я знал, что ты жива, но что тебе плохо.
Я подошла к ХХХХ, коню Хельги и принялась одевать на него сбрую.
- Вы все умеете так?
- Мы выросли в Эсгал-Лондэ, - загадочно ответила Ваданна, - мы многое умеем.
Действительно, почему бы и нет? Если я могу разговаривать с этими лошадьми, почему бы им не иметь такие поразительные сенсорные способности? Я решила вернуть разговор к первоначальному вопросу:
- Так что же произошло, если в вашем неспокойном поведении виновата не пропажа Арагорна и Фарамира?
- Зло идет, - мрачно ответил Розго.
- Велиарит с Саргатаном в смысле?
- Да, и мы чувствуем предстоящие беды, - ответила Ваданна.
- Это что-то вроде предвидения? – спросила я.
- Скорее – предчувствия. – поправил Лореаран.
Я замолчала и стала обдумывать слова прекрасных животных. Мне осталось только одеть уздечку и седло на своего коня и я повернулась к Розго и Ваданне и спросила:
- Вы собираетесь оставаться здесь или вернетесь назад, домой, в Эсгал-Лондэ?
Лошади переглянулись и Ваданна ответила:
- Мы уйдем.
- Сами? В одиночку?
- Да, - Розго был немногословен.
- Не беспокойся, Катрен, мы вам больше не нужны, и с нами ничего не случится. Мы знаем путь.
После этих слов я сняла сбрую с лошадей и мы пошли к выходу: Я, Лореаран, Ваданна и Розго. Прежде чем уйти, высокая шоколадного цвета лошадь с темной гривой, Ваданна сказала, обращаясь большей степенью к Лореарану:
- Что-то говорит мне, что вы должны держатся вместе в бою, рядом. Жизнь зависит иногда от того, насколько близко находятся к тебе друзья.
- Спасибо тебе, кобылица Валинора, - ответил Лореаран и преклонил голову.
Затем лошади ускакали. Я потрясенно посмотрела на своего коня:
- Ваданна, что действительно из…
- Да, - ответил он и предвидя мой вопрос, – нет, Розго из Эсгал-Лондэ.
- Ясно, но что нам делать? Меня беспокоят слова Ваданны.
- Катрен, у нас есть выбор?
Я покачала головой с печальной улыбкой. На мгновение мне показалось, что Лореаран тоже улыбается, но я себе не представляю то, как конь может улыбаться.
Я вывела наших коней на улицу, где нас уже ждали остальные наши друзья, а также Керегот, посланный за нами, дабы препроводить нас к собравшемуся войску. На главной площади города собрались воины. Айлинель презрительно усмехнулась и я поняла почему – воинами собравшееся войско тяжело было назвать – крестьяне в длинных рубахах, рабочие в своей спецодежде, по которой можно было понять кто пере тобой – вот кузнец, вот пекарь, а вот этот высоки, худой человек видимо садовник. Несколько десятков людей были конными, было даже два воза, а один человек вел за собой козу. Керегот увидев наше удивление столь пестрой компании заверил нас, что когда мы прибудем в Нодараг все получат если не одежду, то оружие точно. Бургомистр Рогг и Клэна напутствовали воинов и потом процессия медленно тронулась на запад.