[Крошка]

Я еще немного поговорила с сыном Харадоры и тоже отправилась к себе, обдумывая события сегодняшнего вечера.
Идя по длинному коридору, ярко освещенному светом каких-то необычных светильников – они были похожи на изящные цветы, излучающие свет изнутри – я неожиданно столкнулась с Улбаром. Кажется, он был в крайней задумчивости, так как бормотал что-то себе под нос и, когда мы столкнулись, он не сразу узнал меня, а узнав, быстро кивнул, пробурчал что-то неодобрительное, косо взглянул на мои джинсы и быстро устремился вперед по коридору. Я пожала плечами и пошла дальше. Мало ли что его заботит…
Красота дворца поражала. Я вспомнила время, проведенное в Нуэроасте, во владениях Велиарита. Здесь роскошь сочеталась с удивительной изысканностью, там же красота казалась такой безмятежной…слишком безмятежной для того, чтобы быть настоящей. И хозяин дворца был похож на свои чертоги - прекрасные, но таящие угрозу.
Здесь же все было по-другому. Но задумываться об этом было особенно некогда, так как я уже пришла. Зайдя в комнату, я увидела Кэт, сидящую у окна и смотрящую на бушующий за стеклом дождь. Услышав шум открывающейся двери, она сказала, не оборачиваясь:
- Дождь идет…
- Недаром владения Харадоры носят названия Империи Голубого Ливня – ответила я, садясь рядом с ней и кинув взгляд на вид за окном. Сквозь стену дождя едва заметно проступали очертания высоких деревьев, а крупные капли, ударяясь о стекло, скатывались вниз, образуя затейливые рисунки.

Кэт привстала и, подышав на стекло, стала рисовать что-то на запотевшем участке. Я с любопытством смотрела за ее действиями. Через некоторое время она неожиданно резко стерла свой набросок и повернувшись ко мне села, сплетя пальцы и опершись на них подбородком.
- Послушай, Хельга – начала она, глядя куда-то вдаль.
- Да?
- Ты ведь знаешь, о чем я хочу спросить?
- Догадываюсь – сказала я после нескольких секунд раздумья.
- Почему мы с Улбаром все время «на ножах?». Ведь ни я, ни он не хотим ссоры, а все время выходит так, что дело доходит чуть ли не до драки.
Я растерялась. В таких вопросах трудно что-то советовать. Я вспомнила столкновение с генералом в коридоре и его косой взгляд в сторону моих джинсов и обуви. Люди разные, и что ими движет – сказать нелегко.
- Я не знаю – честно ответила я. Я вижу, что ты нравишься ему, но мне трудно понять, почему он так третирует тебя. Может быть, он боится своих чувств.
- Может быть – покачала головой моя подруга. – Но почему? Ведь он воин, и я уверена, что в битве он не раз проявлял отвагу.
- Может быть, это происходит именно потому, что он воин – пришло мне в голову. Привыкший скрывать свои чувства, считающий чувство долга первейшим из всех чувств - возможно, дело именно в этом.
Катрен помолчала, сосредоточенно глядя в одну точку и накручивая на палец прядь волос. Потом она улыбнулась и встала.
- Ну ладно, довольно об этом. Может, пойдем зайдем к Талону и Айлинель и вместе погуляем по дворцу. Или нет, не будем их тревожить – прервала она себя. Как думаешь?
- Я думаю, ты права – сказала я со вздохом. В последнее время Айлинель и Талион очень сблизились, и это было прекрасно, но, глядя на эту пару, я почему-то чувствовала грусть.
- Счастье, обретенное на войне…надолго ли оно…
- Что? – Кэт с недоумением взглянула на меня, но уже через миг понимающе кивнула.
- Я сказала это вслух? - удивилась я.
- Ну да – сказала Катрен и, улыбнувшись, добавила.
- Не думай об этом. Даже краткий миг счастья лучше, чем бесконечные сожаления о том, что ты, испугавшись своих чувств, лишила себя и другого этого мига.
- Ты права – огласилась я. – Ну что, идем прогуляемся?
- Может, сначала переоденемся? – предложила подруга. Я с сожалением поглядела на свое облачение. Удобное и привычное…я соскучилась по такой одежде. Увидев мои колебания, Кэт махнула рукой, и уже через миг мы шли по коридору.


Стук наших каблуков по выложенному плитами полу коридора разносится далеко вперед. Я морщусь и предлагаю:
- Снимем обувь?
- Не замерзнем? – с сомнением говорит Катрен.
- Может быть. Тогда давай вернемся и поищем что-нибудь более подходящее.
Через некоторое время мы вновь выходим из комнаты в легких кожаных туфлях и почти бесслышно идем по голубовато-серебристым плитам.
- Здесь очень красиво – замечает Кэт.
- Да, тут все поражает роскошью и изяществом. И любовью, с которым все это создано. Вероятно, это счастливый город, если им правят люди, которые умеют создать атмосферу счастья и спокойствия даже в такое опасное время.
- Королева Харадора – сильная женщина и хороший правитель – соглашается подруга. – Будем надеяться, ее и наших объединенных усилий хватит на то, чтобы противостоять…Катрен мрачнеет и замолкает на секунду, потом заканчивает с видимым усилием:
- противостоять армии Велиарита.
- Ты скучаешь по нему? – спрашиваю я.
Она молча кивает. Я же думаю о Фарамире и Арагорне, и на миг от этих воспоминаний становится невыносимо больно. Но я не позволяю чувствам взять верх над собой. Жизнь продолжается, и оглядываться назад не стоит – по крайней мере –сейчас. Надо смотреть вперед…а что там впереди.
- Тебя беспокоит исход битвы – проницательно отмечает Кэт, нарушая молчание.
- Да. Я боюсь, что силы неравны.
- Ты видишь что-нибудь?
- Я пробовала увидеть. Но пока ничего не выходит.
Разговаривая, мы подошли к выходу из замка. Неожиданно дверь открылась и мы увидели Айлинель и Талиона – мокрых, но тем не менее, кажется, довольных жизнью.
- Вы откуда? – удивляюсь я
- Ходили смотреть зверинец. По пути назад немного вымокли – отвечает Талион, а Айлинель молчит, но ее взгляд говорит больше, чем любые слова.
- Ну, идите сушитесь – смеется Катрен, и держащаяся за руки парочка растворяется в полутьме коридора. Мы некоторое время смотрим им вслед, затем открываем дверь на улицу и выходим на крыльцо. Оно защищено от дождя плющом, обвивающим крыльцо, словно беседку и маленькой, но очень практичной крышей. Здесь уютно, мы защищены и от ветра и от дождя, и одновременно с этим можем наблюдать за разгулявшейся стихией. Я сажусь на деревянную лавочку, а Катрен подходит к ступеням и, выставив руки наружу, набирает целые пригорошни дождевой воды и умывается.
- Дождь очень теплый – поворачивается она ко мне. Попробуй!
Я повторяю ее действия и тоже омываю лицо дождевой водой. Странное дело – этот дождь пахнет весенним цветущим садом, а вода теплая, как парное молоко.
Мы еще некоторое время стоим на крыльце, наслаждаясь зрелищем бушующей стихии, а потом возвращаемся в замок.