[Анна]

5. Арагорн и проблемы выбора, или Слабость силы.

Ну, для начала, думаю, что Арагорн не решается ступить на тот путь, куда его все кому не лень подталкивают, именно потому, что знает себя лучше, чем кто бы то ни было. Причина наверняка веская, глубоко личная и – при его характере – старательно скрываемая от окружающих.

В общем, далеко ходить не надо. Откровеннее всего он с Арвен – ей и признается, с болью, страхом и внутренним напряжением: «The same blood flows in my veins. Same weakness».

Он боится себя. И, видимо, есть за что.

Власть от себя много лет может отталкивать очень совестливый человек, знающий за собой большой грех: неудержимое стремление к этой самой власти.

Я полагаю, Кольцо зацепило его именно за эту слабость. Что оно, собственно, такого ему предложило, что на Амон-Хен он дрожит – не то от страха, не то от предвкушения, не то от всего сразу; и лицо как у Фарамира на Хеннет-Аннун: и страх, и восторг, и безудержное желание.

На ум приходит сравнение с наркоманом. Только это не ломка, как у Фродо, а так… человек, излечившийся от пагубного пристрастия, много лет державшийся – и вдруг увидевший дозу, и опять ее захотевший, и устоять перед искушением ну просто нету мочи…

Кольцо могло предложить ему без трудностей и опасностей, вот так сразу достигнуть конца пути, которого боится и скрыто желает Арагорн: стать властителем и королем.

Искушение самым сильным и темным желанием души.

Его отказ от Кольца есть признание необходимости пройти путь самому. И стать по дороге достойным.

Потому что стать достойным он может теперь только на этой дороге. А сумеет он это осилить или нет – сейчас не главное. Он выбрал, и путь перед ним.

С этой минуты уже нет колебаний, мучительных раздумий. Путь ясен. Все уже решено. И еще поэтому Арагорн почти легко выходит навстречу оркам. Теперь он будет держаться принятого наконец решения с таким же упорным постоянством, с каким так долго не хотел его принимать.

А еще он будет обязан погибшему другу. Потому что до конца его судьба становится ему ясна после разговора с умирающим Боромиром. Оба они много дали друг другу в этом разговоре. Арагорн подарил Боромиру надежду и утешение. Боромир помог Арагорну по-настоящему обрести себя.

Ему легче уйти во тьму, зная, что в Гондоре будет настоящий король. И он называет Арагорна королем – с гордостью, первый из всех, может быть, прозревая будущее.

Признание королевского предназначения – это его последний и ко многому обязывающий дар дружбы.

С этого времени Арагорн – безусловный и постоянный предводитель. В погоне за орками. В разговоре с Эомером. Даже после возвращения Гэндальфа он не перестает чувствовать себя командиром - как-то незаметно он себя именно так стал воспринимать. Поэтому, кстати, так неожиданно для него, когда его ставит на место Теоден… Но об этом позже.

Путь Арагорна в Гондор, как и путь Фродо к Ородруину, окажется долгим.