[Allora]

- Да ладно! - Кирн даже смутился. - Всего-то… Счас! - Орк нахмурился и начал осторожно загибать пальцы. - Один в самом начале, первый полез, я ему еще руку сломал, меч отбирал… Потом еще парочка сразу на меч напоролась…Ну, сколько я там кулаком замочил, которые сзади лезли… Человека три, может, четыре…
- Эй, может, не стоит? - поинтересовался Гимли. - Может, тремя Стражами больше, тремя меньше - не страшно?
- Не, это прынц… пинц… принципиально, вот! - с трудом выговорил Кирн и снова поднял ладонь с загнутыми пальцами. - Так… еще пятеро… двое слева…
Гаэрт страдальчески поморщился.
- Зря ты об этом начал, я эти подсчеты четвертый раз слушаю, - сообщил он Гимли.
- Предупреждать надо было, - тихо ответил гном.
- О! - воскликнул, между тем, орк. - Восемь убитых, по моим наблюдениям, и шестеро раненых. И то, двоих из них я потом все равно в охране видел…
- Ладно, предположим, мы выбрались. Куда потом? – Гимли еще не расстался с надеждой найти Леголаса и вернуться в Арду.
Кирн сел, задумчиво ероша отросший ежик волос.
- Потом… «Потом» - надо думать. Обратно в Лиэлдор – значит, рано или поздно снова попасться. Боюсь, еще один раз ни ты, ни я не переживем.
- Надо идти в горы, - неожиданно включился Гаэрт. – Там есть тропы, которые выведут нас за пределы Лиэлдора…
- Ты с нами? – уточнил Гимли. Он знал, что Кирн не оставил бы здесь юношу, но хотелось услышать подтверждение от самого ролна.
- Я не могу оставаться здесь. Еще немного, и или я сам умру, или меня убьют, потому что я не смогу работать, - спокойно ответил Гаэрт. – А мне тоже хочется вернуться домой, Гимли, и совсем не хочется сгнить здесь. Уж лучше погибнуть на свободе...
- Да уж… если погибать, то хоть на солнышке, а не в этих кандалах, в чужом руднике, - согласился гном.
- Вот и отлично. – Кирн лег обратно. – Значит, так. Я обеспечиваю сам побег, Гимли – наш проводник по пещерам, а ты, Гаэрт, как местный, подумай, куда деваться после выхода на поверхность. А сейчас давайте спать, а то мы все не доживем до того времени, когда можно будет бежать…

Глава 2

Кирн ошибся. Он не был знаком с Леголасом. Конечно, первые два варианта, красочно охарактеризованные орком как «забьют сразу» и «в пещеры попадет», эльфа благополучно миновали по счастливому стечению обстоятельств. Пока, во всяком случае. Зато третий вариант – скрыться в горах, - эльфу вообще в голову не пришел, потому что целью Леголаса было прямо противоположное место – ближайшее селение, где можно будет что-нибудь узнать о Гимли.

Сейчас эльф стоял у подножия башни маяка, перед массивной кованой дверью. Тяжелое кольцо на двери со скрипом поддалось сильным рукам эльфа и издало звук, подобный удару маленького, но басовитого колокола. Леголас ждал уже несколько минут, и уже начал сомневаться в том, что на маяке вообще кто-то есть, когда по ту сторону что-то грохнуло, брякнуло, скрипнуло – и дверь с лязгом приоткрылась. Из щели выглянул глаз. Красивый ясно-синий миндалевидный глаз в обрамлении черных пушистых ресниц. Когда глаз сфокусировался на эльфе, за дверью раздался испуганный вскрик, и дверь, с непередаваемым по противности скрипом, закрылась.
Вот и поговорили, огорченно подумал Леголас. Как будто в ответ на его мысль, дверь приоткрылась снова. На этот раз щель была пошире, так, что открывающий смог протиснуться наружу.
После предостережений Митрандира, после волнений за жизнь Гимли, после напряженного путешествия на лодке по бурному морю и путешествию в одиночестве по зловещему мокрому берегу, эльф никак не ожидал первым встретить такое очаровательное создание. Как-то не вязалась эта невысокая хрупкая тоненькая девушка с мрачными рассказами Митрандира об этом мире…
- Кто ты, и куда идешь, незнакомец? - чистым ясным голосом спросила хозяйка маяка, как назвал ее про себя эльф.
Леголас помедлил. Он собирался рассказать то же, что в предыдущем мире рассказывал семье Лэймара, но почему-то слова не шли. Девушка изучающе смотрела прямо в глаза эльфа, и тот не мог отвести взгляд… Внезапно она распахнула дверь почти настежь и отступила в сторону, жестом приглашая гостя внутрь.
- Войди, незнакомец, и оставь все твои тревоги на прибрежном песке. Стены моего дома защитят тебя… даже от вастов.
Леголас все также молча склонил голову в знак благодарности и прошел в дверь. Хозяйка за его спиной проворно заперла дверь изнутри на тяжелый засов, эльф не успел даже попытаться помочь. Девушка прошла вперед к крутой винтовой лестнице, ведущей наверх башни, обернулась у первых ступеней и коротким взмахом руки пригласила гостя следовать за ней.
Небольшая чистенькая комнатка почти под самой крышей маяка была отделена от комнаты с гигантской лампой тонкой перегородкой, и было слышно, как поскрипывают и шелестят механизмы, заставляющие лампу мигать.
- Госпожа живет здесь совсем одна? - не удержался от вопроса Леголас, который не мог себе представить, как такая хрупкая девочка справляется со сложным управлением маяка.
Девушка неожиданно и как-то очень светло улыбнулась, отчего ее синие глаза вспыхнули, как две звезды.
- А ты любопытен, незнакомец… - она прошла вглубь комнаты к небольшому столу, занимавшему дальний угол. - Я не смогу оказать тебе должного гостеприимства, потому что уже давно живу одна, - хотя лица девушки видно не было, Леголас почувствовал, как на этих словах она снова улыбнулась. - А мои потребности столь малы, что…
- Не беспокойтесь, госпожа, мои потребности еще меньше. Мне не нужен ночлег, не нужна еда. Мне нужен совет…Я не чувствую в вас врага, поэтому скажу вам правду, всю, какую смогу.
Эльф говорил абсолютно искренне. Веками он учился распознавать друзей и врагов, отличать ложь от истины, Свет от Тьмы, учился чувствовать Зло. Девушка не была Злом. Она была странной, приблизительно такое же чувство охватывало эльфа рядом с Митрандиром… или Галадриэлью. Эта странность была светлой. Леголас поверил ей сразу, он решил, что судьба сделала ему этот подарок в ответ на горячие просьбы о спасении Гимли.
Девушка выпрямилась и внимательно посмотрела на гостя.
- Твои слова внушают мне уважение, а твои глаза - доверие, незнакомец. Я помогу тебе советом, и всем, чем смогу. Я тоже могу отличить друга от врага, а ролна от васта…
- Меня зовут Леголас. И я эльф, если вам хоть что-то говорит это слово…
- Эйна. Меня зовут Эйна. Я Хранительница этого Маяка, и я - нэрити. Если тебе, эльф Леголас, хоть что-то говорит это слово… - и Эйна снова улыбнулась светящейся улыбкой.
Леголас улыбнулся в ответ. Невозможно было сохранять суровый вид рядом с таким улыбчивым существом.
- Я понял твой намек, госпожа Эйна, - эльф перешел на "ты" так легко, что сам удивился. - Я гость, и ты имеешь право узнать первой, кого ты впустила в свой дом…
Эйна опустилась в большое кресло, а Леголас присел на предложенный стул напротив. Он начал с рассказа о родном Средиземье, обрывая сам себя, сокращая описания природы и, в буквальном смысле слова, наступая на горло собственной песне, которую то и дело порывался спеть. Какой рассказ эльфа обходится без песен-сказаний, песен-воспеваний, песен-картин… Когда он перешел к путешествию в Валинор, с трудом обойдя Сагу о Кольце Всевластья, солнце, уже высоко поднявшееся в небо, проникло в маленькую комнату через окно под потолком, осветив хрупкую фигурку Хранительницы, уютно свернувшуюся в кресле.
- Ох, да ведь уже утро! Ты рассказывал так красиво и увлекательно, что я забыла о времени… - Эйна вскочила с кресла, и, схватив Леголаса за руку, потащила его в маленькую дверь, которую эльф ночью не заметил в боковой стене. Они оказались в совсем крохотной комнатушке, где поместилась только одна узкая кровать. Девушка с силой толкнула эльфа на жесткое одеяло, и властно скомандовала:
- Сейчас ты отдыхаешь, а ближе к вечеру я разбужу тебя, накормлю, ты закончишь рассказ, и мы решим, что тебе делать дальше. - Леголас не успел возразить, как Эйна вновь подарила ему свою неповторимую улыбку, отчего у эльфа пропала всякая охота возражать. - Днем тебе нельзя уходить, а мне надо еще переделать кучу дел. Отдохни, Леголас.
Эльф попытался приподняться и объяснить, что он никак не может медлить, что его друг в беде, и он должен… Но тут Хранительница подняла руку, будто прощаясь, а на ее изящной ладошке вдруг словно вспыхнула белая искра. Искра разрасталась, притягивая взгляд Леголаса, как магнитом, потом заполнила всю комнату и медленно растворилась пушистым туманом… Эльф впервые за всю свою почти трехтысячелетнюю жизнь крепко заснул, как спят люди, птицы, звери и орки. И, кажется, даже видел сны, но вспомнить их после пробуждения так и не смог.

***

Когда Леголас открыл глаза, было уже темно. Эйна сидела на небольшом стуле около изголовья и внимательно смотрела на просыпающегося эльфа. Леголас медленно сел, опираясь на подушку, и Эйна ласково улыбнулась.
- Ты хорошо спал. Я видела, как спят многие люди, ролны и васты… Во сне все живые существа преображаются, открывая свое истинное лицо.
- Мое лицо тебе понравилось, - полуутвердительно сказал Леголас.
Эйна только снова улыбнулась и жестом пригласила эльфа в «большую» комнату. Леголас повиновался.

Кресло и стул уже были придвинуты к столу, на котором ужин был накрыт, как для романтического вечера – вино и два бокала исключительно изящной формы, две свечи, поскольку другого освещения предусмотрено просто не было… Эйна уже устроилась в своем кресле, приглашая эльфа последовать ее примеру.