[Allora]

Сперва туннель шел почти прямо, без поворотов и спусков-подъемов, зато на пути попадались довольно приличные по размерам завалы, которые без сильных рук Кирна они вряд ли смогли бы преодолеть. Через некоторое время туннель начал изгибаться змеей, петляя то налево, то направо. Пройдя по этим зигзагам с пару часов, беглецы поняли, что выдохлись. Сейчас им было наплевать, гонятся за ними, или нет, главное было – остановиться, хоть ненадолго. Даже Кирн почувствовал, что отдых будет нелишним.
Когда орк скомандовал «Привал!», Гимли сел на землю прямо на том месте, где остановился. Кирн последовал его примеру, а Гаэрт еще некоторое время постоял неподвижно, прислушиваясь.
- Все тихо. Даже подозрительно, - недоверчиво сказал ролн, тоже опускаясь на землю. – Я бы услышал их, даже если они только входят в тот туннель у караулки, звуки под землей разносятся дальше… – Он прислонился спиной к камню и прикрыл глаза.
Кирн с тревогой следил за юношей. До сих пор ролн не давал повода сомневаться в своих возможностях, но орк знал, что силы Гаэрта были подорваны рудниками задолго до побега. Дойдет ли он до безопасного места, где они смогут по-настоящему отдохнуть, найти еду и воду?.. Вода. По опыту многочисленных походов и путешествий Кирн знал, что ничто так не подкашивает, как долгое отсутствие воды. В этих подземельях найти источник было невозможно. А что наверху? Гаэрт говорил, что там скалы. Есть ли вода в скалах? Вряд ли… Оставалось только надеяться на чудо, которое поможет им выжить в горах.
Они не успели отойти и пятидесяти шагов от места привала, когда адмантиновое свечение начало меркнуть. Темнота, которой так опасался Гаэрт, приняла их в свои объятия. Орк, почувствовав, как ролн начал тихо паниковать, нашел на ощупь его руку и сжал ее своей. Дальше они передвигались, держась за руки, как дети. Гимли шел впереди, предупреждая спутников о возникающих впереди препятствиях. Непонятно было, видит ли гном в темноте, или его ведет какое-то шестое-седьмое чувство, недоступное орку с ролном.
После небольшого перерыва идти стало, кажется, еще труднее, а Гимли почувствовал небольшой уклон вверх. Туннель поднимался. Еще немного – и они выйдут на поверхность. Только вот на сколько растянется это «немного»…
Через три часа, как определил гном, чье чувство времени вновь проснулось, они вышли в коридор, уходящий вверх так круто, что даже Гаэрт с Кирном ощутили этот подъем. Идти стало труднее, под ногами то и дело подворачивались камни, из-за которых Кирн и Гаэрт по нескольку раз упали. Гимли же шел вперед, даже не замечая, что постоянно обо что-то спотыкается. Так эльф шел бы по лесу…
Неожиданно перед ними из темноты возникла стена.
- И что дальше? – заинтересованно спросил Кирн, ощупав руками преграду.
Гаэрт молчал, и только участившееся дыхание выдавало волнение, охватившее ролна. Орк снова успокаивающе сжал руку юноши.
Гимли недоуменно ощупывал трещины преградившего им путь камня. Не может быть, чтобы его природное чутье сыграло с ним такую шутку именно сейчас, когда, кроме него, никто не сможет вывести беглецов на поверхность… Недоумение переросло в обиду, обида, практически мгновенно – в ярость, направленную на камень, землю, воздух и самого себя. Ярость необходимо было выпустить на волю, иначе она грозила разнести голову Гимли на тысячу кусочков… Гном взмахнул топором, чудом не зацепив стоявшего рядом Кирна, и с силой ударил по стене.
- Опа! – изумленно выдал орк, когда им на ноги посыпалась каменная крошка, а в отверстие, возникшее в кажущейся непробиваемой твердыне, пробились розоватые лучи вечернего солнца.
Потом орк отодвинул в сторону Гаэрта, и они вдвоем с Гимли в несколько минут разворотили преграду на кучу небольших булыжников. Перебравшись через завал, беглецы оказались, действительно, как и предсказывал ролн, в скалах. Камни, камни, камни, - еще горячие от солнечных лучей, хотя воздух уже начал остывать к ночи, и больше ничего.
- Все, падаем! – констатировал орк, и первым упал на теплый камень, не забыв нежно прижать к груди свое, уже опробованное в первом бою с каменной стеной, оружие.
Гаэрт, совершенно обессиленный усталостью и приступами неконтролируемого ужаса перед темнотой и теснотой каменных лабиринтов, тоже не стал искать более удобного места, прилег рядом с Кирном и мгновенно забылся тревожным мрачным сном.
Гимли, перенервничавший на последнем этапе пути больше, чем во время драки на площади и у караулки, вместе взятых, некоторое время не мог уснуть, тем более, что каменная постель не особо располагала к расслаблению. Гном слушал мерное глубокое дыхание орка и нервное, прерывистое – ролна. Через несколько минут, тяжело вздохнув, он поднялся, перебрался ближе к Гаэрту, положил ему руку на лоб, и несколько раз ласково провел ладонью по черным волосам, будто прогоняя тревожные видения. Кажется, помогло. И дыхание выровнялось, и глаза под закрытыми полупрозрачными веками перестали беспокойно бегать. Тогда гном откинулся на камень за спиной, и, не убирая руки со лба юноши, закрыл глаза.

***

Они шли на север уже вторые сутки. Погоня за ними, если и была, то очень далеко, и, возможно, не в ту сторону. Беглецам и без погони приходилось не так уж здорово. Скалы, камни, ни травы, ни ручья… Гимли невольно вспомнил рассказы Сэма о Мордоре. Только что пепел и огонь отсутствуют. И солнце, зараза, палит ужасно, а там солнца не было… Гном уже с тоской думал о прохладе пещер. Вот так всегда - хорошо там, где нас нет. В подземелье мечтал о солнце, на солнечной поверхности мечтает о пещерах…
Размышления Гимли прервал Гаэрт, шедший впереди - просто остановился и медленно осел на землю. Мимо растерявшегося гнома одним прыжком проскочил Кирн. Он как раз успел подхватить ролна, чтобы тот не ударился головой о камни.
- Все, баста, - хрипло констатировал орк. - Привал, - осторожно уложил Гаэрта на землю и огляделся по сторонам.
- Пойду, осмотрюсь, надо где-нибудь тень найти. И воды бы… - прорезавшиеся тоска и плохо скрываемое отчаяние в голосе несгибаемого орка полоснули Гимли по сердцу как кинжалом. Кирн заметил боль на лице гнома и вымучено улыбнулся.
- Не кисни, Глоиныч, прорвемся. Сам же говорил - если уж погибать, то на солнышке, - орк неожиданно хрипло засмеялся, вытащил трофейный топор из-за пояса, с видимым усилием переложил его на плечо, и медленно пошел в сторону ближайших скал.
Гимли опустился на землю рядом с бесчувственным Гаэртом и бережно уложил голову юноши на свои колени, устроившись так, чтобы его тень прикрывала ролна от палящего солнца. Привалившись боком к ближайшему валуну, гном устало прикрыл глаза и впал в тревожное полузабытье.

***

Кирн шел по скалам практически наугад, потому что идти было все равно куда - выжженный солнцем черный камень везде был одинаковым. Орк от усталости почти перестал соображать, что делать, он просто помнил, что надо постараться найти тенистое место, если уж воды найти не суждено. Откуда здесь, в камне, вода… Перед глазами все поплыло, и Кирн вынужден был остановиться, оперевшись на топорище ставшего вдруг неподъемным двуручника, чтобы переждать кружение огненных кругов в глазах. Даже его непробиваемый организм начинал сдавать, что же говорить о хрупком Гаэрте, который ослабел еще в рудниках, и удивительно, как он до сих пор шел… Дьявол, парень может загнуться без еды и воды в этом пекле… Кирн тяжело оторвал топор от земли и снова взвалил его на плечо. Давно бы бросил, но без оружия он себя на свободе не представлял. Шаг, еще шаг… Хоть бы один уступ в гладкой стене, хоть маленький грот… Он почти дошел до места, где черная скала резко переходила в красноватую гранитную, когда откуда-то со стороны камня донесся легкий шорох. Орк моментально встряхнулся, перехватил топор руками, встав в оборонительную стойку, и тут прямо перед ним из расщелины в скале легко выпрыгнула небольшая стройная женская фигурка с коротким серебристым мечом в боевой готовности. Кирн успел подумать еще, что она здорово рискует с таким ножиком против его двуручника, и тут солнце сделало свое дело, орк пошатнулся и рухнул навзничь, крепко приложившись затылком о небольшой камень.

Пришел в себя он от зверской боли в голове и от совершенно непередаваемого вкуса воды на губах.
- С возвращением! - мелодично прозвенел насмешливый, но с явными признаками облегчения, женский голосок. - Ты довольно тяжелый, больше так не падай. Рискуешь расколотить голову, как гнилой орех. - Над орком склонилось загорелое улыбающееся лицо черноволосой девушки, сияющие голубые глаза... Девушка приподняла голову Кирна и поднесла к его губам небольшую чашу с водой. - Пей давай, а то, пока ты был без сознания, половина проливалась.
Орк жадно припал к восхитительно прохладной воде, и, когда чаша опустела, почувствовал, наконец, силы, чтобы принять сидячее положение, опираясь руками в землю, попутно пытаясь оглядеться. Они находились в небольшой расщелине - слева высилась черная скала, справа - гранитная, и по ней с высоты приблизительно роста орка журчал довольно обильный ручей прозрачной воды, исчезая где-то в недрах черного камня внизу… Девушка помогла Кирну подняться и села на пятки напротив, так, что он мог рассмотреть свою спасительницу целиком.
Небольшая, даже, можно сказать, миниатюрная, девушка. Копна черных вьющихся волос собрана в пышный хвост, лоб перехвачен зеленой лентой в цвет короткой туники, открывающей сильные загорелые ножки в кожаных сандалиях с ременной шнуровкой до колен. Огромные голубые глаза смотрят внимательно и весело, чуть курносый носик и приподнятая верхняя губа придают лицу шаловливое выражение. Руки - не по-женски мускулистые, с широкими кожаными браслетами на запястьях, сейчас смирно сложены на коленях, но Кирн помнил, как решительно и умело они сжимали меч, когда девушка выскочила на него на тропе.
- Изучил? - все так же насмешливо спросила девушка после минутной паузы. - Ты кто, зеленый и воинственный?
- Кирн, - голос после воды немного смягчился, но жутковатая хрипотца осталась.
- Мило. Я - Эллоу. Можно просто Эли, - девушка ясно улыбнулась, потом посерьезнела.