Цитата:
Первоначальное сообщение от Geralt
Скоятаэлям сочувствуют ИМХО - потому что они живые и страдают. Если живой и страдает, то это всегда вызвает сочувствие, даже если преступник.
В этой сцене не важно, кто ворвался в палатку. Это мог быть и не скоятаэль. Мера жестокости в войне всегда стремится к максимуму. Вспомним почему нильфгаардский разведчик не рискнул ехать дальше, что вспомнил при этом?
Что касается эпизода в госпитале, то надо посмотреть на общую картину сражения у Сапковкого. У него в этой битве на самом деле два сражения. Между Нильфгаардом и Северными королевствами - битва тела. И между госпиталем Русти Рыжика и сотней тысяч безумцев на поле - битва духа. Все кто на поле дубасил друг друга - враги жизни и всего, что олицеворяет Русти. И только попадая на его стол, они превращаются в обычных страдающих людей, которых он спасает. Это противостояние и выражено (очень ярко) во фразе скоятаэля. Когда он говорит "мы" ("там убиваем") он объединяется и солидаризируется не только со своими товарищами и нильфгаардцами, но и с воинами противной стороны. "Они" там на поле убивают, а тут Русти их лечит. Противостояние.
|
Геральт, по сути я с Вами соглашусь. По сути романа. Который в философском плане -- настолько многоуровневый...
Но меня удивляет и возмущает, что этим самым скотаэльфам очень многие и очень бурно, красиво, поэтически сочувствуют. Нильфы или кто там еще -- злодеи из числа людей -- таких поэтических сочувствий и девичьих слез не вызывают. А почему? Мне так кажется, потому что эльфы -- это вообще что-то красивое и возвышенное, и Толкиеном вбито нам в головы, что эльфы всегда правы... Сапковский специально для своих нацистов взял расу эльфов -- действительно старшая кровь и высшая раса! Но менее мерзкими они от этого не становятся... То есть, по его замыслу они должны быть мерзки. А вот не получилось, жалеют их.
Вы говорите, они живые и страдают?
А те, кого они убивают без жалости, не живые и не страдают?
Все живые и страдают...
Особенно когда раненые или умирают.
И высшая раса страдает отнюдь не более возвышенно, чем низшая.
Но для поляка -- или русского -- поколения Сапковского или немногим младше, сам намек на "высшую расу" и серебряные молнии на мундире должен быть утробно ненавистен, отвратителен. Когда я читала -- ожидая по году каждого тома -- я обрадовалась упоминанию об этих молниях: ну, вот, как я и подозревала, они нацисты... И очень удивилась, узнав, что большинство читателей этих молний и черных мундиров просто не пожелало заметить (или говорили -- ну, Сапковский был не прав, все было по-другому, ибо эльфы мундиров не носят, -- но с тем, кто считает, что в романе фэнтези на самом деле _было_по_другому_ разговаривать бессмысленно), а скотаэльфов сравнивают с нашими партизанами! И сочувствуют, сочувствуют...
И ведь Сапковский показал же мир, где эти славные красивые эльфы победили! Наверное, сам удивлялся реакции читателей на то, что он считал однозначным: эльфы -- высшая раса -- нацисты, зло... По крайней мере, мне так кажется, что именно это он пытался сказать. Иначе к чему черные мундиры с серебряными молниями на представителях высшей расы?