Не буду много цитировать, но насчет каннибаллов. При взаимодействии каннибального и неканнибального общества неизбежно вырабатывается свод специфических правил/законов, затрагивающий именно такие вот моменты при столкновении двух культур. Предание соплеменника может попадать в разряд внутренних дел племени, в то время как поедание члена соседнего племени - уже межплеменное, и поскольку для соседнего племени это - убийство (а для своего, возможно, и нет), оно и рассматриваться будет как убийство. Как и тот вариант, что кто-то из не-каннибаллов вдруг сожрет своего соседа. И суд, скорее всего, будет включать в себя членов обоих племен, руководствующихся как раз общим сводом законов.
Мне вот пришло в голову, что мы немного о разных вещах говорим. О формальном приговоре и о моральном отношении. Вот пример... В мусульманских странах за кражу отрубали руку. Неважно, был вор мусульманином или нет. Но! Для мусульманина воровство, таким образом, было грехом тяжести адекватной наказанию. То есть для него это был больший проступок, чем для русского, например, которого бы за воровство просто избили и бросили в канаву. И получается, что для него отрубание руки - несоразмерно тяжелая кара за кражу. Но по закону - все верно. Криво немного говорю, да? Это потому что сама не до конца сформулировала...
Цитата:
|
Cудить о виновности/невиновности может даже потерпевший. Дело за определением наказания или меры пресечения.
|
Ну так нам-то надо судить не о виновности/невиновности (это может и потерпевший, согласна), а о степени тяжести вины. А здесь уже нужна незаинтересованность.