[Форменэль]

Первоначальное сообщение от Сверчок
А по поводу цитат на оригинале: идеальный, имхо, вариант (он же наиболее трудоемкий), давать оригинал + хоть один из переводов для того, чтобы по словарям не шастать, если за одно-два слова мозги споткнулись.

Видишь ли, этих самых слов в переводе может и не оказаться...
Берем, допустим, самое начало ВК, 1-ю главу "A Long-expected party"...

Оригинал:
"When Mr. Bilbo Baggins of Bag End announced that he would shortly be celebrating his eleventy-first birthday with a party of special magnificence, there was much talk and excitement in Hobbiton.
Bilbo was very rich and very peculiar, and had been the wonder of the Shire for sixty years, ever since his remarkable disappearance and unexpected return. The riches he had brought back from his travels had now become a local legend, and it was popularly believed, whatever the old folk might say, that the Hill at Bag End was full of tunnels stuffed with treasure. And if that was not enough for fame, there was also his prolonged vigour to marvel at. Time wore on, but it seemed to have little effect on Mr. Baggins. At ninety he was much the same as at fifty. At ninety-nine they began to call him well-preserved, but unchanged would have been nearer the mark. There were some that shook their heads and thought this was too much of a good thing; it seemed unfair that anyone should possess (apparently) perpetual youth as well as (reputedly) inexhaustible wealth.
‘It will have to be paid for,’ they said. ‘It isn’t natural, and trouble will come of it!’"

У Бобырь этот отрывок вообще отсутствует. Есть только следующее предложение: "Чувствуя, что с ним происходит что-то странное и неприятное (хотя он и не связывал этого с Кольцом), Бильбо решил покинуть родину и уйти странствовать. Так он и сделал; а свой дом и все свое имущество, включая Кольцо, он оставил своему молодому родичу и приемному сыну по имени Фродо."

Кистяковский и Муравьев:
Когда Бильбо Торбинс, владелец Торбы-на-Круче, объявил, что хочет пышно отпраздновать свое наступающее стоодиннадцатилетие, весь Норгорд загудел и взволновался.
Бильбо слыл невероятным богачом и отчаянным сумасбродом вот уже шестьдесят лет — с тех пор как вдруг исчез, а потом внезапно возвратился с добычей, стократно преувеличенной россказнями. Только самые мудрые старики сомневались в том, что вся Круча изрыта подземными ходами, а ходы забиты сокровищами. Мало этого, к деньгам еще и здоровье, да какое! Сколько воды утекло, а господин Торбинс и в девяносто лет казался пятидесятилетним. Когда ему стукнуло девяносто девять, стали говорить, что он "хорошо сохранился", хотя вернее было бы сказать "ничуть не изменился". Многие качали головой: это уж было чересчур, даже и несправедливо, как везет некоторым — и старость их обходит, и деньгам переводу нет.
— Не к добру это, — говорили они. — Ох, не к добру, и быть беде!"

Григорьева и Грушецкий:
В Хоббитоне был переполох. Господин Бильбо Сумникс, хозяин Засумок, объявил о намерении отпраздновать свое стоодиннадцатилетие и пообещал очень щедрое угощение. Во всем Шире Бильбо слыл богатым чудаком с тех самых пор, как шестьдесят лет назад сначала запропал куда-то, а потом свалился, как снег на голову, невесть откуда. О сокровищах, добытых Бильбо за тридевять земель, ходили неутихающие легенды. Многие верили, что подземелья Засумок ломятся от кладов. Но не только предполагаемое богатство заставляло хоббитов поглядывать на Бильбо с недоверчивым удивлением. Годы шли и шли, но по господину Сумниксу этого было не заметить. В свои девяносто он выглядел едва ли на пятьдесят. В девяносто девять его называли «хорошо сохранившийся», хотя правильнее было бы сказать «ничуть не изменившийся». Некоторые качали головами - дескать, многовато для одного, нечестно быть и очень богатым, и очень здоровым одновременно. «Это даром не пройдет, - говорили они, - вот увидите, как бы расплачиваться нам не пришлось».

Каррик и Каменкович:
Когда господин Бильбо Бэггинс из Котомки объявил, что намерен в скором
времени отметить сто одиннадцатый день рождения и устроить по этому поводу
особо пышное торжество, - Хоббитон загудел и заволновался.
Богач Бильбо удивлял Заселье своими чудачествами вот уже шестьдесят лет - с
того самого времени, когда он однажды столь внезапно исчез и столь же
неожиданно возвратился. Среди хоббитов ходили слухи о сокровищах, которых
он якобы привез из дальних стран видимо-невидимо; никто не сомневался, что
Холм под Котомкой просто ломится от золота. Одних этих россказней хватило
бы, чтобы сделать Бильбо знаменитым, но сокровищами дело не ограничивалось.
Чем этот хоббит поражал соотечественников больше всего, так это
неиссякаемой бодростью и здоровьем. Время шло, шло, а господину Бэггинсу -
хоть бы хны. В девяносто ему давали пятьдесят. С девяноста девяти стали
говорить, что он <хорошо сохранился>. Но, по правде говоря, он не просто
<сохранился> - он не изменился вообще. Находились такие, что качали
головой, подозревая неладное. Разве справедливо, чтобы один хоббит
заполучил одновременно и вечную молодость (как было в это не поверить,
глядя на Бильбо!), и неистощимые богатства (в чем никто не сомневался)?
- Не пришлось бы расплачиваться, - предрекали недоброжелатели. - Это ни на
что не похоже, а значит, беды не миновать

Грузберг (электронная версия)
Много толков вызвало в Хоббитоне решение мастера Бильбо Торбинса
отметить сто одиннадцатую годовщину своего рождения особенно великолепным
приемом. Все были возбуждены этим известием.
Бильбо был очень богат и причудлив, и в течении шестидесяти лет после
своего памятного исчезновения и неожиданного возвращения составлял предмет
удивления всего Удела. Богатство, которое он привез с собой из
путешествия, превратилось в местную легенду, и большинство хоббитов
верило, что Торба-на-Круче полна туннелей, набитых сокровищами. А если и
это недостаточно для разговоров, то существовали его вызывающая восхищение
энергия и сила. Время шло, но, казалось, оно мало действовало на мастера
Торбинса. В девяносто лет он был почти таким же, как и в пятьдесят. В
девяносто девять его начали называть хорошо сохранившимся: но точнее было
бы назвать его неизменяющимся. Многие покачивали головами и говорили, что
это уж слишком много хорошего для одного хоббита: вряд ли кто либо другой
может рассчитывать на вечную (предположительно) молодость и неисчислимые
(по слухам) богатства.
- За это придется заплатить, - говорили они. - Это не естественно и
вызовет многие беды.