[Tali]

По многочисленным пожеланиям общественности (преувеличение, но звучит красиво) представляем

ВОЗВРАЩЕНИЕ приБЛУДНОГО САУРОНА!

Война была проиграна, окончательно и бесповоротно. Арагорн (эпитет опущен) принял от поверженной коалиции Востока заверения во всём, что только они смогли со страху понапридумывать, и простил их. (А попробовал бы не простить. Их было как минимум в пять раз больше!) Сказать, что Саурон был зол – это было бы наглой ложью. Он был не просто зол, он был очень и очень зол. Всё, что так тщательно приготовлялось в течение двух эпох, было уже практически в руках, но потом пришли хоббиты и всё пошло прахом. Единственное, что было во всё этом положительного так это то, что эльфы стройными рядами отчалили, наконец-то, в свой Валинор (пара нецензурных эпитетов опущена). А он сам – остался, что выглядело вполне логично для любого, кто удосужился бы задастся вопросом, что именно Саурону делать в Валиноре.
Поскольку точное наименование агрегатного состояния в котором он находился было не известно даже самому Черному Майа… то никаких проблем с передвижением по просторам Средиземья он не испытывал. Только что он наблюдал, как роханцы (эпитет опущен) пытаются приструнить своих соседей. Пожелав им на прощанье «успехов» (мысленно), как обычно желают «успеха» тому, кто бьётся головой об стенку, Саурон решил по дороге домой навестить свой бывший укреп-район, который почему-то назывался в летописях не иначе как «неприступный» несмотря на то, что его выносили уже не раз.
Вальяжно дефилируя (а куда ему, лапочке бесплотной, торопиться?) по направлению к Мораннону Саурон неожиданно для себя заметил троих путешественников, бодренько шагающих к останкам Врат. Изумлению его не было предела, т.к. без крайней на то необходимости даже орки не желали лишний раз бывать там. Любопытство бывшего Повелителя бывшей Чёрной твердыни, качество уже губившее его в иные времена, было основательно растревожено. Саурон принялся тщательно изучать забавную троицу и очень скоро обнаружил, что это – группка представителей «золотой молодёжи» Гондора. Его очень заинтересовал, главным образом, только один из компании – Арагорнов отпрыск. Бывшего Властелина не сильно смущало то небольшое обстоятельство, что это был младший сын. По своему богатому опыту он прекрасно знал все те «нелепые случайности» и «трагические совпадения», приводящие на трон младших детей в обход старших. «Запасной наследник » мог бы и пригодиться Саурону, если снова начинать интересную игру «во власть». Но играть в виде даже не «газообразного тела», а просто «без тела», было Повелителю несколько не с руки. Поэтому, вместо того, что бы срочно обзаводиться зримым обликом (к восторгу читателей: Юсика и Мирилас), он решил просто прикончить эту тёплую компанию, чтобы под ногами не путалась, и дело с концом. Пока Майа неторопливо (он вообще всё делал неторопливо. Ну, тормозной он!) размышлял о судьбе очередного наследника Исилдура, предмет его размышлений, сопровождаемый компанией, успел уже порыться в развалинах и, дождавшись вечера, отправиться вдоль ущелья. Солнце, ушедшее за горизонт, перестало нагревать камни, и всё ущелье перешло во власть эха. Саурон ещё успел заметить троицу лихо накручивающую педали к выходу. Он даже хотел сказать, как в старые добрые времена: «Красиво тикают ребята – наследственность хорошая!». Этот марафонский забег имел и свою положительную, для троицы, сторону – Саурону как-то расхотелось связываться с этим детским садом, и он брезгливо поплыл в сторону развалин старой крепости.


Пока Юка изображала Большого Змея и размышляла об опасности или безопасности своей не-выглядящей-опасной-аппетитно-пахнущей соседки, упомянутая особа продолжала обедать, причём тем громче, чем ближе подползала Юка.
*Юсик ползи скорее, иначе всё съем!*