|
Перекидываю свою попытку поразмышлять на Второй вопрос.
В случае со Смиголом Кольцу, имхо, особо изощряться было ни к чему - и так любовь с первого взгляда и сразу же убийство из-за этой самой любви. Там было достаточно золотого блеска и шепота "Я еще и волшебное". А потом можно было пару раз шепнуть: "Ты же знаешь, я - твое все". И на всю жизнь. Зачем, чтобы покорить себе существо, сулить исполнение какого-то его заветного желания, если единственное желание этого существа - это ты, родимое?
Нет, это для тех, кто сопротивляется.
И потом, есть еще одна мощнейшая составляющая искушения: "Я - твое". У Бильбо, вроде, не оставалось никаких заветных желаний, связанных с кольцом, кроме желания им обладать.
Я бы даже включила этот компонент в общую формулировку: "Я буду твоим - и сбудется все, что ты хочешь". "Подчинись мне", то бишь, "продай мне душу" - это звучит слишком страшно для искушения, а это - вполне. А дальше все происходит наоборот - "ты, жалкий глупец, будешь моим, и все будет, как я хочу".
Да, очень похоже на то, как были обмануты и Саруман, и Грима. "С моей помощью ты..." незаметно превратилось в "с твоей помощью я..."
Думаю, и у Фродо в голове непрерывно звучало не "покорись мне", а "я - твое". Согласитесь, второму гораздо труднее сказать "нет", особенно если оно висит у тебя на шее.
И Саурон ждет только этого - кто первым скажет "оно мое"?
И он, кстати, ошибается только местом.
__________________
Where the speechless unite in the silent accord... (c) PF
|