[Manticore]

Я не считаю это рецензией, потому что это – не более чем сброс эмоций и попытка избавиться от комка в горле. Рецензии пишут те, кто умеет это делать, или же те, у кого достаточно терпения обстоятельно разобрать фильм по достоинствам-недостаткам и удачам-неудачам. У меня нет ни того, ни другого, нет даже сил промолчать…

Прежде всего хочется сказать о Фродо. Он – тот самый, толкиновский. Настоящий и искренний. Игра Вуда настолько безупречна, что я о нем и не вспомнила. Какой Вуд? Это же Фродо… Ножом в сердце фраза «Я не могу обратно». Не «мне нельзя назад» и не «я должен идти», а именно «не могу обратно». И в моем понимании Фродо полностью исполнил свой долг, когда после логова Шелоб простил Голлума, поверил ему. Жалость и милосердие, возведенные в степень. Он не мог уничтожить Кольцо, это изначально было выше его сил, и его настоящим долгом было – не оступиться на своем пути, пройдя по лезвию бритвы. Он прошел дальше, чем было в его силах, на одной Эстель – даже не зная о том, что она еще не погасла в его сердце. Я преклоняюсь, как и раньше, при чтении книги. Даже больше…

Сэм… Хотела написать, что не могу особо выделить ничего просто потому, что его линия безупречна, и каждый момент – равно сильный. Но почему-то запомнилось, как он, из последних сил цепляясь за ступени Бесконечной лестницы, пытается отогнать тянущего лапы к хозяину Голлума. Запомнилось, потому что по себе знаю, насколько тяжело дается такой подъем, и так трясутся руки, что страшно разжать пальцы и хоть на миг выпустить спасительную опору – какое там размахивание мечом? – но Сэм забывает ради Фродо обо всем, даже усталость в этот момент чувствовать перестает.

Запомнился испуганный взгляд Мерри, увидевшего бесчисленные полчища орков. Запомнился, потому что я ему поверила в тот момент. Я поверила в его смелость, как это ни парадоксально. Ведь известно, что храбр не тот, кто не боится, а тот, кто не отступает. И если бы Мерри с боевым видом поглядывал на орочьи армии, это было бы ложью. Ложь на экране особенно заметна. В этом фильме ее нет.

От атаки роханцев у меня перехватило дыхание и единственный раз за фильм на глаза навернулись слезы. «Теперь надежде конец, и сердце мое, словно рана. / Остались нам ярость, и гибель, и кровавый закат!» Все как в книге, и так же заходится сердце…

Поразило проявление нечеловеческой воли и силы Гэндальфа. Воли, на которой держалась оборона Минас-Тирита, и проявление ее не столько в том, что он подбадривает воинов на стенах и у ворот, и светом Анора разгоняет назгулов. Просто Он позвал воинов в бой – и они идут, преодолевая ужас и Черную Немочь. Когда Пиппин, шатающийся, с больными глазами, говорит: «Ты позвал нас на битву» - я понимаю, как именно позвал.

Наместник Денетор, величественный в своем безумии, бросающий факел на свой погребальный костер, глядя в глаза Гэндальфу. Он был великим человеком и достойным правителем, и я не сомневаюсь, что Гэндальф искренне уважал его, и лишь чрезвычайные обстоятельства не позволили магу мириться с его безумием.

Звездный час Арагорна – его обращение к обреченным воинам «Я вижу в ваших глазах тот же страх, что сжимал и мое сердце…» В тот миг, когда он говорит «За Фродо», и в свете, что льется из открытых Врат, почему-то напоминающем свет восходящего солнца, его лицо – это лицо Короля. За него хочется умереть.

Я очень боялась, что Серые Гавани окажутся ненатурально-слезливыми, и была счастлива, что страхи мои были напрасны. Все было так, как дОлжно, и сцена прощания ранила меня очень глубоко. Тот, кто хоть раз прощался с другом (навсегда, или же просто надолго), вырывая его с кровью из сердца, поймет. А Фродо – не плачет. Он уже не принадлежит этому миру, и понять это – неожиданно больно.

Этот фильм для меня – воплощение Эстель. Той самой, что светит тем ярче, чем чернее тьма. И весь фильм мы видим его – свет во тьме, ослепительный свет безумной, высшей надежды. Той, что остается в сердце, когда надеяться уже не на что, можно лишь выполнять свой долг. Но Эстель обладает удивительной силой – она оправдывается. И в самый черный час свет ее вспыхивает на остриях копий армии Рохана, и ушедший на верную смерть Арагорн возвращается с неожиданной армией, и на помощь обреченным воинам у Мораннон прилетают орлы, а Фродо все-таки завершает миссию… Эстель – это когда «вопреки» и «несмотря на». Только тогда.

И так же, как я не плАчу, закрывая последнюю страницу ВК, я не плакала в конце фильма. Больше того, я считаю, что фильм - не для слез, он выше их. Этот фильм – горе и счастье, он причиняет жестокую боль, но после – в сердце остается свет. Как и после прочтения книги. Для меня этот свет – доказательство того, что экранизация ВК удалась полностью. Ведь именно ради него я читаю книгу, ради него буду смотреть фильм, и мне нет разницы, что и как показали, добавили или убавили, если при виде титров я испытываю то же, что и ставя последний том книги на полку.

P.S. Конечно, то, что я написала – малая толика того, что мне хотелось бы сказать. Просто слов или не хватает, или же просто не пишется. Этот фильм – неожиданно глубок, и даже бросив единственный взгляд, я вижу глубину, от которой кружится голова…

P.P.S. Когда я выходила из зала, заметила, что у меня трясутся руки…