[Keil]

У меня часто бывает, что мысли могут появиться через неделю, через месяц – сами собой, или из-за какого-либо совпадения. Информация остаётся в голове и вертится, вертится, хотя сознательно я это не замечаю.
Этот кусочек (мне лично) теперь кажется самым сильным, значимым в этой редакции (в других – не знаю).
Согласна с Мантикорой:
***"Не могла бы ты еще взять нож, воткнуть мне в грудь и повертеть немножко? Чтобы еще больнее было, а то мне мало." /DracoSinister/
Это общее впечатление от текста.***

Но дальше будет не по выложенному отрывку – по нему слов всё ещё нет (я лучше о постороннем порассуждаю ). А по словам Перегрина, ключевым словам: «А что такое мир, Фродо Бэггинс?.. Равнины, горы, моря? Государства? Но зачем нужно все это, если рядом с тобой нет – голоса друга?.. Улыбки друга?.. Руки друга на твоем плече? И что это будет за мир, если ради него мы станем жертвовать друзьями?.. Ты сам, захочешь ли жить в подобном мире?.. – проговорил он, медленно, как будто слушая самого себя. - Нет, Фродо. Если приходит отчаяние, если нет другого выхода, мы вправе жертвовать собой, каждый из нас. Только собой»
И этот мотив проходит через весь фильм, через весь теперешний ВК (по крайней мере, мне так видится).
Много ассоциаций сразу появляется в голове.
Помните момент, когда Гэндальф в Ривенделле читает надпись на кольце? Эпизоды с орками? Вот мир, который ожидает всех, если Саурон победит. «Ты сам, захочешь ли жить в подобном мире?..» Лучше умереть, борясь за свой мир, за голос, улыбку друга, чем жить в том, другом, независимо от того, заканчивается существование смертью или это только рубеж. (Кстати, как перекликаются фразы: «All we have to decide is what to do with the time that is given to us» и то, что Гэндальф говорит Пиппину в Минас-Тирите о смерти. Хотя первая у меня всё же продолжает восприниматься, словно нет этого продолжения – про существование после смерти.) И роханцы, скачущие на смерть – Теоден говорит, что они погибнут в этом сражении, да, но всё равно пойдут, как можно иначе? («Ты сам, захочешь ли жить в подобном мире?..»)
И выступление войска Арагорна против полчищ Саурона - просто по-другому нельзя.

Одни из самых дорогих для меня сцен в ВК:ВК (не впечатливших, а именно дорогих, близких) – это пробуждение Фродо, четверо хоббитов, вернувшиеся в Шир, диалог после уничтожения кольца, вообще Мордор, прощание Мерри и Пиппина (ой, я взялась за своё любимое дело – сейчас весь фильм по сценам перечислю ); везде здесь мотив Дружбы – вот ради чего стоит бороться. («Но зачем нужно все это, если рядом с тобой нет – голоса друга?.. Улыбки друга?.. Руки друга на твоем плече?»)
(Хм, а уход Фродо в Аман через эту фразу как-то не очень сначала... Я верю, что в Амане он должен исцелиться. А друзей (если в контексте фильма) – он и так встретит, потом.)
И (вот тут я не знаю, как выразить ощущение словами) дом тут тоже важен (хотя стоит на втором месте). Откуда у меня вылез этот Дом? Но ведь хоббиты боролись за возможность существования своего дома – Шира! И слова Мерри: «We shall see the Shire again!» и до этого, что Шира может вообще не быть, и опять же Гэндальф говорящий, что если кольцо не будет уничтожено, то эта речь затопит всё Средиземье (не помню точно). Т.е. у меня цепочка даже такая получится: Зачем нужен мир, чудесный мир, если не станет Дома? - > зачем нужен Дом, если не станет друзей, дорогих людей?
И выбор Арвен сюда же – зачем ей долголетие льфов, зачем ей нужен Аман, если она больше никогда не увидит любимого? Зачем всё?

«...Мы вправе жертвовать собой, каждый из нас. Только собой».
А как отличаются средства Врага! – действовать принуждением, подчинять себе чужую волю (как рассыпались его армии, когда уничтожили кольцо! ).


*** В четвертой другое. Фродо пошел спасать мир, и даже после того, как Кольцо нашептало ему о гибели друзей, сам мир все еще оставался где-то позади. И Шир. И его надо было спасать - не для себя уже. Даже если бы Сэм погиб, Фродо бы все равно полз вперед.***
Согласна, да.
Но уверена, что окажись Фродо на месте Сэма, он бы тоже пошёл его спасать от орков, хотя опасность, что орки отберут кольцо, если схватят или убъют, была бы очень высокой и разумней было бы продолжить путь.

*** Но запретить другу пожертвовать собой мы не вправе. Просто потому, что у друзей тоже свое "надо" и свое "должен".***
Согласна! Послостью согласна!
Нельзя помешать другому пожертвовать собой, т.к. это его личный выбор, его право.

*** нет... святости, что ли? Того света, что исходит от скупых строчек, просвечивает сквозь серебряные краски Средиземья...***
Насчёт света не согласна. В ней есть свет – тёплый, исходящий из Шира, те моменты, когда Перегрин играл с Фродо и Мерри – они просто светятся! Хотя, да, того, что в ВК ещё нет. Но в ней есть тепло, много тепла, она живая, в ней есть искренность - всё открыто, все чувства, все раны.

***Думаю Фродо бы не донес Кольцо, если бы для него главным было - спасти умирающего друга. Рассуждения Перегрина о дружбе хороши, безусловно, но нельзя с таким настроем в Мордор. Потому что в этом случае Кольцу намного проще сломать хранителя: достаточно внушить ему, что он опоздал и Одо умер. И мир рухнет.***

Но ведь и в ВК Кольцо могло внушить Фродо, что Саурон победил, Шир разрушен, Гондор тоже, что теперь в Средиземье правит Саурон, а его поход бесполезен – уничтожит он кольцо или нет. Или что он не успеет всё и всех спасти, и единственный способ хоть что-то спасти – объявить сейчас кольцо своим и остановить Саурона.
Не видя друга Фродо может верить, что Одо жив, что бы ни внушало кольцо. Просто верить, вопреки всему. Каким бы ни был длинным поход, что бы он ни увидел на пути, но он может и будет верить вопреки всему, что спасёт друга.

Андин,
***А Перегрин не может помочь - потому что сам так и не смог излечиться от Черной Беды до конца?***
Я думаю, что именно так :-/.
*с надеждой *А может с уничтожением кольца и Перегрин излечится? А?

*** Потому что сразу начинаешь верить: это мир Средиземья, мир, где возможны чудеса. И сильнее всех чудес - дружба.***
Согласна! Ещё как! И важнее всех чудес.

*** «Послушай. – сказал ему Перегрин. – Быть может, это плохое утешение, но Одо знал, на что идет. Он добровольно принял на себя удар. Знаешь, - сказал Перегрин. – Быть может, когда-нибудь, и я изберу для себя такую же участь.»
Фродо молчал. Услышанное было слишком жестоко. Больно. Оно оглушало. Комок подкатывал к горлу, но как тогда, на Заверти, не было слез. ***

А ведь тут смысл не только в том, на что пошёл Одо, но и что Ходок думает избрать ту же участь – это замечание по ходу голавной линии.
Но о чём думает Ходок, почему?

А в конце:
*** Фродо повиновался, и молча пошел прочь, оставляя Перегрина в беседке, словно утомленного разговором, с поникшими плечами, с погасшей трубкой по-прежнему зажатой между зубов. Несломленного Перегрина.***
И тем не менее он думает выбать ту же участь, что и Одо.

И ещё ощущение от диалога (помимо боли) – как говорила Галадриэль в фильме - путь по лезвию. Я не знаю, как объяснить это, где нельзя было оступиться, есть лишь ощущение хрупкости ситуации, трудности пройти её правильно. Честность, открытость, доверие, желание помочь другу – вот что спасает и помогает идти сквозь боль. Слова, которые больно говорить, но надо. Когда есть выбор, сказать или нет, умолчать или нет, пожалеть другого или нет (а заодно и свою старую рану открыть) – и каждый раз надо выбирать «говорить». Тот, кто слушает, ещё ничего не знает, когда просит рассказать, он только может догадываться, что может услышать, но это только догадки. Правда может оказаться страшней – но её произнесение от слушающего не зависит. Им обоим здесь трудно. Но от этой открытости одновременно становится легче, стена из прожитых лет (одного в Шире, другого – в широком и огромном мире) начинает таять, она исчезает.

(А вот и ошиблась в начале поста, говоря, что буду только о постороннем .)