[Rika]

Вчера у меня был третий просмотр. В Америка Синема народу было мало и публика (слава Эру!) была отличной.

В третий раз меня сильнее всего прошибло на Серых Гаванях. При первом просмотре удар от финала смягчила пиджеевская "эльфийская медицина и магия" - поэтическая красота кадров, завораживающий, тягучий, гипнотизирующий ритм сцены, золотое сияние, в котором она растворяется - все это подействовало на меня, как эстетическая "анестезия". Была печаль, но не было горя. А вот с третьего раза обезболивающее уже не действовало: было так же больно, возникло такое же острое чувство потери, как в книге.

Да, ПиДжей в Гаванях нашел оглушающе, завораживающе красивый и поэтичный способ передать на экране смерть - но она от этого не перестала быть смертью, вечным расставанием, потерей, которую не восполнить... Короче, слезы у меня катились градом, сидела, закусив губу, чтобы не начать всхлипывать в голос.

А уже потом, вернувшись домой, в очередной раз поразилась эмоциональной глухоте людей, которые находят сцену в Серых Гаванях слишком "слезливой". Много слез? Так и в нашей сегодняшней жизни люди имеют обыкновение плакать на похоронах или на отпевании, провожая в последнее, вечное путешествие родных, дорогих и любимых...

Быть может, многие зрители просто не понимают, о чем идет речь в этой сцене? Не буду дискутировать сейчас на тему толкиеновских писем, сознательно говорю лишь о фильме. А в фильме ПиДжея уход Фродо в Evergreen Lands однозначно означает смерть. Джексон не просто настойчиво "намекает" на это - визуальным рядом и прочими чисто художественными приемами. Он заявляет об этом открытым текстом. Монолог Гэндальфа о смерти как начале нового пути, ведущего к Зеленой Земле в лучах восходящего солнца, расставляет все точки над " i" ...