Ага, мне на самом деле тоже было бы жалко, если бы она навсегда рассталась бы с созданным "миром Волкодава". Так что это к лучшему!
Согласна, конечно, книги Молитвина многих устраивали прежде всего с коммерческой точки зрения. Издателей, кое-кого из читателей (я знаю некоторых вполне неглупых людей, которым они понравились - "это нельзя понять, но нужно запомнить"), саму Семенову, и в том смысле, что читатели не забыли "Волкодава" (хотя мы бы его и так не забыли!), и в том, что она, да простится мне мой цинизм, наверняка получила компенсацию за использование своего "товарного знака". Хотя, если мое представление о МС верно, я никогда не поверила бы, что она могла просто за деньги продать любимых героев и любимый мир литературному кое-какеру. Уже после "Спутников" было понятно, что ничего хорошего из него не выйдет. Или что она, с ее безупречным художественным вкусом, могла не увидеть всю топорность его поделок. (Со "Скунсом" та же история, вовсю эксплуатировались боковые линии, причем про некоторые произведения она отзывалась весьма нелестно (как я поняла, они были изданы фактически без ее разрешения), но с некоторыми соавторами она писала вместе. В их числе, например, Феликс Разумовский. На первых трех страницах его "Преступления без срока давности" я подумала, что это пущенный в печать неотредактированный подстрочный перевод, причем скверного качества, а после десяти страниц плюнула и бросила читать. Но во втором "Скунсе" он выступил в качестве соавтора Семеновой, и эпизоды, которые он написал, отчетливо выделяются на фоне общего повествования: не умела песья нога на блюде лежать...) Так что наверняка была еще какая-то причина обращаться к Молитвину. Либо устала, либо очень хотела дать шанс другу, либо еще что-то...
Насчет того, что Эвриха он "убил", тоже согласна. У Елены Клещенко в известном эссе "Легенды вырастают из травы" (
http://zhurnal.lib.ru/k/kleshenko_e_w/mses.shtml) и в комментариях к нему есть полусерьезное предположение, что МС просто-напросто любит книгочеев меньше, чем воинов...
А вот насчет преображения Хономера я все-таки останусь при своем мнении. Вера у него действительно была, просто она была насквозь отравлена гордыней. А гордыня - это как раз такое зло, которое хитро маскируется под самые благие и искренние побуждения и напрочь лишает человека возможности трезво на себя посмотреть. И как раз "внешние" унижения ничего с ней сделать в принципе не могут, потому что в этом случае она является основным "стержнем" сопротивления, if you follow me... Сильное потрясение - да, возможно, но все же при ТАКОЙ гордыне и ТАКОМ характере было бы правдоподобнее, если бы Хономер закричал о колдовстве, соблазне и ложном знамении. Причем искренне счел бы это своим убеждением и готов был бы принять за него смерть. Единственный признак того, что он не был безнадежен - это то сильное чувство, с которым он пытался уничтожить Волкодава, и с которым он пытался понять старика-жреца, погибшего вместе с веннами, и в этом Семенова права. Просто... мне кажется, что такое потрясение должно было придти к Хономеру через сострадание, или какие-то человеческие чувства, но никак не через чудо, которое взяло его за шкирку и сунуло носом в лужу...