Юсик! Спасибо за комплимент (на тему слешера
), но ничего интересного там далее не происходило...
Пока Властелин Саурон орал на Главного Назгула. (Ну, действительно, зачем ему понадобилось переть из Мандоса любимую ёлочную игрушку Моргота?) И в то время как сам Главный Назгул подумывал не улепетнуть ли ему обратно к Намо… (Даже перспектива Суда Валар или нового заточения была лёгкой прогулкой, по сравнению с этим воплощённым живым кошмаром, последствия даже кратковременного общения с которым преследовали старого назгуля целую эпоху!!!) В тот самый момент, когда шлёпнулась в заслуженный обморок благородная эльфийская дева…..
Где-то далеко-далеко, а именно в Валиноре, а конкретно в Мандосе......
-Тариэль! Тариэль! Ещё! Любимая! Ещё!
Эльф – блаженствовал! Сейта – злился. Тариэль – недоумевала. А над всем этим витала довольная наглая тень вастака Хамула....
Возвращаясь к игрушке.
- Ну, что? Поговорим? - усмехнулась нолдэ...
- И о чём же? – ехидно и немного злобно осведомилась Ташин, чтобы потянуть время.
Надо сказать, что идея захвата эльфи в плен ей с самого начала не казалась особенно удачной. Предчувствие, как всегда, её не обмануло. Практически безоружные (по крайнем мере Таша не таскала на себе пуд железа, хавчика и прочее, и прочее отправляясь погулять на пару часов) у них не было ни малейшего шанса, их бы просто искрошили в капусту, начнись серьёзная драка. Единственный выход – вовремя смыться, что и было виртуозно проделано. Благо, сама архитектура этого памятника орочьего зодчества располагала к такому действию.
Засветив факелом в физиономию Эла (привет ВК) и воспользовавшись минутным замешательством, она юркнула в один из боковых ходов, потом в ещё один, и ещё один, и так до тех пор, пока вопли и топот ног не затих окончательно. Как ни странно, но Юка последовала её примеру и сейчас сопела где-то рядом.
- Хва, шабаш. Уже пришли – вместо того, чтобы ещё раз с разбегу плюхнуться предметом отдохновения на торчащий кусок кинжала, Таша аккуратно нащупала его и села рядом.
- Ну и что ты собираешься делать? А? Света нет, ничего нет, а на хвосте у нас висит весьма раздражённая компания.
- Что делать? Попытаемся открыть люк?
- Какой люк?!!!!! Ты в своём уме – мотать надо! – раз от раза Юка всё больше и больше распалялась. – И вообще как мы отсюда выберемся?
- Как забрались, так и выберемся – лучше помоги найти мой факел. Он должен валяться где-то здесь – временами в речи Таши появлялись недвусмысленные шипящие интонации.
- А теперь можно и вход поискать.
Мокрый факел, с трудом разожженный от трута нещадно коптил и давал больше чада, чем света, но это было уже не плохо.
Таша сосредоточенно ковыряла обломком кинжала в земле, изредка вспоминая об ушибленной части тела и тихо шипя. Её «товарищ по несчастью» делала вид, что её это не касается… Внезапно плита пола ушла вниз и Юсик, потеряв точку опоры, кувырком покатилась в чёрный провал. Факел, который она выронила при падении, остался лежать на верху.
- Эй! Ты ещё жива? – прокричала Таша в черноту после того, как услышала громкий плюх, ознаменовавший счастливое окончание падения Юки.
- Ещё нет!
- Ну тогда я двигаю к тебе!
- Ага! А кто меня тащить отсюда будет? А? Здесь, между прочим, высоко и даже очень! – вся мера падения Юки повлияла только на её настроение, причём в худшую сторону.
Таша подползла к провалу и перегнулась в черноту, неся с собой слабые блики факела.
- На. Держи. – и она подала изрядно грязной и полностью мокрой Юке факел.
Как обычно и бывало до этого в жизни Ташин: сделаешь доброе дело – получается очевидная глупость. Факел у них был один, после удачного обретения входа в сауронов тайник методом уседания кое-чем на обломок кинжала. Как следствие Таша осталась практически в полной темноте, которую изредка прорезали лучики с низу, и практически в полной тишине, изредка прерываемой восторгами Юки на тему содержимого тайничка.
«Наконец-то! Удалось! Открыли! Именно сегодня и именно эти! Да, это – Судьба!» – когда-то Владыка, когда-то Твердыни сполз в свой тайник. «Я, конечно, идиот – надо же было закрыть его от проникновения ЛЮБОГО существа, способного взаимодействовать с Незримым Миром. Но кто же мог подумать, тогда, о том что всё так бесславно кончится! Главное, что я снова способен вернуть былую силу.» Избыток чувств по поводу собственной крутости не мешал Саурону нащупать интересующий его предмет и аккуратно начать воплощаться в материальную форму.
Когда перед Юкой выросла тёмная фигура высотой с две её, она перестала восторгаться и вообще перестала издавать какие-либо звуки.
- А-а-а. Э-э-э. Здравствуйте! – Юка судорожно соображала, что ещё можно сказать в данной ситуации. Каким-то седьмым чувством она смутно догадывалась, кто это такой, и чем всё это может закончиться.
- Спасибо, что открыли мне путь. – голос Саурона менялся по мере уплотнения и овеществления его фигуры – теперь я должен быть благодарен вам за это. Так что же вы хотите? – на словах «должен» и «хотите» Саурон непроизвольно сделал язвительный акцент, и, в целом, фраза приобрела достаточно угрожающее звучание.
На проступающем из тёмного абриса лице Властелина блуждало ехидно-язвительное выражение. Юка не заставила себя долго уговаривать и сиганула со страху вверх, в тёмный проём.
Из под земли выскочила всклокоченная Юка. Лицо её выражало крайнюю степень ужаса.
С низу, из красноватого проёма тайника била какая-то сила, и приятная, и, одновременно, чуждая. Решение сматываться пришло мгновенно, и, кажется, не одной Таше. Юка уже понеслась по коридору, но в сторону, противоположную от выхода. Таша догнала Юку, схватила за руку и поволокла к выходу. Они бежали быстро и долго.
На поверхности был ещё день. С разбегу выскочив наружу Ташин почувствовала сильную резь в глазах. Она повалилась на землю практически у выхода, врезавшись с размаху во что-то мягкое. Когда ей удалось вернуть себе прежнее видение мира (звёздочки из глаз высыпались все), она обнаружила, что изрядно ободралась, лазая где не положено. На земле перед ней принимал сидячее положение Дэн – универский знакомый знакомых знакомых (в общем она знала его физиономию и помнила имя).
Саурон вышел из своей сокровищницы (ну как вышел? Был внутри, раз – и уже снаружи). Закрыл лаз и снова его запечатал, решив на будущее, что надо чаще за ним приглядывать. А потом снова растворился.