[Анна]

9. Эстель, стойкость и любовь, или Эовин и Фарамир

(Люблю я делать прогнозы, потому что всегда остаюсь в выигрыше. Если попадешь, всегда приятно. Если промахнешься – тоже хорошо, потому что вызовешь здоровый смех у окружающих, а я люблю, когда люди здоровы и смеются.
Так что сделаю-ка я краткий прогноз о том, чего не было в театралке, а когда появится SEE, останусь в неизбежном выигрыше.)

В их судьбах еще до встречи наблюдаются странные параллели.

Оба – младшие дети при не совсем адекватных предках.

Оба – несколько в тени старших братьев, которых очень любят и которые очень любят их.

Оба проходят через любовь к человеку, который на их любовь не отвечает. И в результате этой коллизии доходят до почти безнадежного боя, в котором готовы умереть… и все же остаются живы.

Оба видят смерть любимых людей, их воспитавших.

Обоих вытаскивают из тьмы руки Короля.

Оба к моменту встречи – отчаянно одинокие подранки.

И тем не менее они разнятся, как Солнце и Луна. Как гондорцы, идущие без надежды на Осгилиат, и атака рохиррим, Эстель в чистом виде.

И они очень подходят друг другу.

Короче, и для Фарамира, и для Эовин настает время узнать, есть ли жизнь после смерти.

Я много говорила в свое время о том, что для Эовин Фарамир – это уже не мечта, как Арагорн, а своя, совершенно особенная половинка, которая и нужна для счастливого брака. А что касается Фарамира…

Денэтор совсем немного не дождался возвращения надежды. Если бы он не дал гордыне взять верх и не начал наказывать себя, все бы как-то устроилось. Точно так же Арагорн мог бы исцелить Фарамира. Точно так же выстоял бы Минас-Тирит. Был бы спасен Гондор. Был бы спасен мир.

Изменилось бы только одно.

Меня всегда в «Войне и мире» переворачивало осознание того, что, не умри у любимой мною княжны Марьи отец, она не встретила бы своего будущего мужа… или встретила бы, но никакой химии и никакой любви между ними не случилось. И осталась бы она навсегда старой девой возле брюзгливого старика. А потом – довольно скоро – и совершенно одинокой старой девой.

Смерть отца дала ей шанс изменить жизнь.

Если бы Фарамир не остался совершенно один, он мог и встретить Эовин – но того, что произошло между ними, скорее всего, не случилось бы. Ведь она для него настоящее спасение. Он, всю жизнь отчаянно желавший любви, встретил ее именно тогда, когда потерял, казалось бы, все. После того, как видел мертвого брата в воде и умирающего отца – среди языков огня.

А без любви и нежности Фарамира за Эовин замкнулась бы дверца той клетки, которой она так боится.

Им обоим дала шанс смерть Денэтора.

Не знаю, понял ли это Фарамир. Вряд ли. Во всяком случае, не сразу. И уж точно ни о чем подобном и подозревать не мог перед смертью Денэтор.

Странные формы иногда принимает милость Божья.

Прошу прощения за самоцитирование – это все ж таки с другого треда. А второй раз трогать эту тонкую ткань чувств я боюсь. Любое лишнее слово здесь особенно лишнее, иф ю фоллоу ми.